По коридору уже приближался глухой перестук — тяжелый, уверенный, с тем особым звуком, который издают дорогие кожаные ботинки по старому паркету.
— Ну и как тут у вас обстановка? — донесся из прихожей громкий, слегка охрипший голос Андрея. — Мы с Дмитрием кое-как выбрались. Бабушка как?
Через секунду в комнату вошел сам Андрей. Он постукивал тростью, хотя в ней совершенно не нуждался: ноги у него были крепкие, походка уверенная, а трость служила скорее частью образа — солидного, значительного человека. Следом за ним, осторожно притворив дверь, появился Дмитрий. Лицо у него, как всегда, оставалось спокойным и почти непроницаемым.
— Потише! — зашипела на них тетя Тамара, резко поднявшись с кресла. — Она только уснула. Не будите.
— Спит? Ну, это даже к лучшему, — без особого стеснения бросил Андрей и сразу направился к кровати.
Он наклонился над Мариной Павловной. На мгновение в его глазах мелькнула настоящая, неподдельная скорбь, но исчезла так быстро, будто он сам спугнул ее. Лицо снова стало собранным, деловым.
— Совсем плоха, да? — тихо произнес он, а потом повернул голову. — Здравствуй, Наталья.
— Здравствуйте, — сухо ответила она, не поднимаясь со своей низкой скамеечки. — Не ожидала вас сегодня. Думала, раньше выходных вы не появитесь.
— Обстоятельства, Наталья, обстоятельства, — вмешался Дмитрий, поправляя очки привычным движением. — Работа, сама понимаешь, не отпускает. Но тут ситуация особая. Решили, что должны быть рядом. Все-таки это мать нашего отца. Наша бабушка.
Наталья медленно подняла на него глаза.
— Быть рядом вы решили только теперь, когда ей, возможно, осталось несколько дней? — спросила она негромко, но в ее голосе стоял такой холод, что в комнате словно стало еще тише. — А где вы были год назад? Два? Пять?
Андрей досадливо скривился и выпрямился.
— Ну вот, начинается, — пробормотал он. — Наталья, не надо устраивать сцен. Мы люди занятые. К тому же у нас не было причин сомневаться, что ты со всем справляешься. Ты ведь ответственная внучка. Мы тебе доверяли.
— Доверяли? — Наталья наконец встала.
Она была ниже обоих двоюродных братьев, но сейчас в ее осанке появилась такая жесткая, пружинящая сила, что мужчины почти одновременно отступили на полшага.
— Так вы называете свои визиты раз в год, строго по расписанию? И короткие звонки, где вы требовали отчет, будто на рабочем совещании?
— Давай без нападок с порога, — мягко, но с нажимом сказал Дмитрий. — Мы приехали не ругаться, а помочь. Может, нужен другой специалист? Мы можем организовать консультацию, оплатить врачей…
— Врач у нее есть, — отрезала Наталья. — Есть тетя Тамара. Есть я. Все необходимое для нее уже сделано. Поэтому скажите прямо: зачем вы приехали на самом деле?
Повисла неприятная пауза. Андрей кашлянул, будто прочищая горло. Дмитрий вдруг заинтересовался рисунком на старых обоях и уставился в стену.
— Не будь наивной, — наконец резко сказал Андрей. — Мы приехали проститься с бабушкой. И заодно решить кое-какие формальные вопросы. Ты же понимаешь, тянуть нельзя. Пока она еще может что-то сказать…
— Может сказать? — перебила его Наталья. — Она третьи сутки почти не приходит в сознание. У нее жар, бред, слабость. Ей сейчас нельзя говорить ни о каких делах.
— Вот именно, — оживился Дмитрий, словно ухватился за удобный довод. — Значит, надо было приезжать раньше. А теперь придется разбираться с бумагами. Нам нужно понять, где завещание.
В этот миг со стороны кровати послышался слабый, почти беззвучный стон.
Марина Павловна медленно разомкнула веки. Это далось ей с трудом, будто каждое движение отнимало последние силы. Взгляд ее был мутным, рассеянным, но, заметив Наталью, старушка будто на секунду ожила: в глазах мелькнуло узнавание, тонкая искра тепла.
Потом она перевела взгляд на мужчин. И эта искра сразу погасла, уступив место усталому, холодному выражению.
— Андрей… Дмитрий… — прошептала Марина Павловна едва слышно. Губы ее дрожали. — Приехали…
— Бабуля! — Андрей тут же изобразил радостное оживление и шагнул к ней. — Ты очнулась! Ну как ты? Мы здесь, рядом с тобой.
— Хорошо… что приехали, — с усилием проговорила Марина Павловна.
Ее высохшая рука слабо шевельнулась поверх одеяла, будто она хотела то ли погладить кого-то, то ли на что-то указать.
— Все собрались… Вот и ладно. А я уж думала… не успеете…
— Успели, бабушка, успели, — быстро заговорил Дмитрий, присаживаясь на край кровати и осторожно беря ее за другую руку. — Ты только не думай о плохом. Ты еще нас всех переживешь. Просто… мы хотели с тобой немного поговорить. О важных делах.
Наталья почувствовала, как по спине пробежал ледяной озноб. Она сразу сделала шаг вперед, намереваясь встать между ними и Мариной Павловной.
— Дмитрий, не сейчас, — твердо сказала она. — Ей нельзя волноваться.
— Наталья, помолчи, — резко оборвал ее Андрей, уже теряя терпение.
