Игорь тем временем подрастал. Едва научившись уверенно ходить, он принялся исследовать квартиру: тянул к себе всё, что оказывалось в пределах досягаемости, и хватал любые вещи, оставленные без присмотра.
— Мам, он снова порвал мой учебник! — возмущённо прибегал жаловаться Артём.
— А ты не раскидывай свои вещи где попало, тогда и рвать будет нечего, — спокойно отвечала мама.
Больше всего Игорю нравились прятки, но Артём вовсе не горел желанием играть с младшим братом по-настоящему. Он залезал в шкаф или забивался в такое место, где малыш не мог его найти, и через пару минут Игорь уже начинал плакать от обиды и растерянности. Вообще почти каждое их совместное развлечение заканчивалось слезами младшего: Артём был старше, хитрее, быстрее соображал и умел выкрутиться из любой ситуации.
Однажды, когда Игорю было всего три года, Артём подсыпал ему в суп целую горсть соли. Потом ещё и пригрозил: если тот откажется есть или пожалуется маме, он больше никогда не станет с ним играть. Мама в это время вышла из ванной. Вернувшись, она застала сыновей за столом: оба ели, только Игорь после каждой ложки морщился так, будто глотал лекарство.
— Невкусно? Или суп слишком горячий? — спросила она, насторожившись.
Игорь сидел с набитым ртом и молчал. Лишь когда мама сама попробовала ложку из его тарелки, всё стало ясно. Артёму тогда крепко досталось за такую «шутку». Подобных случаев было немало. Когда Игорь немного подрос, он уже пытался защищаться и отвечать обидчику, но справиться со старшим братом всё равно не мог.
Перед тем как Игорю исполнилось семь и до первого класса оставалось всего несколько месяцев, мама купила ему нарядный костюм. Это была не простая школьная форма, а красивый пиджак с золотистой вышивкой на груди и рукаве — узор напоминал эмблему или маленький герб.
— Я тоже такой хочу, — тут же заявил Артём.
— Прости, родной, твоего размера не было. Продавались только на мальчиков помладше, — виновато объяснила мама.
Игорь был счастлив. Он буквально считал дни до школы, представляя, как впервые наденет свой новый костюм.
— А знаешь, зачем мама тебе его купила? — однажды вечером, уже в темноте, заговорщицким тоном спросил Артём.
— Зачем? — доверчиво откликнулся Игорь, ничего дурного не ожидая.
— Чтобы все думали, будто она любит тебя как родного.
— Так я и есть родной. Мы же с тобой братья, — тихо ответил Игорь. Лица Артёма в темноте он не видел, но почему-то был уверен: тот усмехается.
— Ну конечно, — хмыкнул старший. — Только ты не родной. Тебя взяли из детского дома. Пожалели — вот и забрали.
Игорь сначала замолчал. Он тяжело засопел, долго пытался понять сказанное, а потом вдруг разрыдался. Мама первой влетела в детскую, включила свет и бросилась успокаивать сына, который уже захлёбывался от слёз.
— Что случилось? Что он тебе сделал? Напугал? — строго спросил отец, появившись следом.
— Ничего я не делал! Чуть что — сразу я виноват, — Артём смотрел на отца честными глазами и делал вид, будто сам ничего не понимает.
— Тогда почему Игорь плачет?
— Он… он сказал, что я не ваш сын… что вы меня из детского дома забрали, — всхлипывая и сбиваясь, выговорил Игорь.
— Что?! — мама резко обернулась к старшему. — Как тебе вообще такое в голову пришло? Это уже не шалость, а настоящая жестокость. Над такими вещами не смеются! И ты тоже хорош, — бросила она отцу. — Вечно шутишь, вот дети и перенимают. Всему есть предел. Ещё раз услышу что-то подобное — сама отвезу тебя в детский дом! — строго сказала она Артёму, крепче прижимая к себе Игоря.
Отец молча вышел, а через минуту вернулся с ремнём. Только тогда Артём наконец понял, что на этот раз зашёл слишком далеко, и ему пришлось пообещать родителям, что он больше не станет обижать младшего брата.
