— Дмитрий, достань ещё один комплект приборов, — распорядилась Юлия уже таким тоном, будто всё было решено окончательно.
Пока она в ванной приводила Валерию в порядок, смывала с её щёк потёкшую тушь и заставляла пить горячий чай маленькими глотками, Дмитрий молча суетился в комнате. Он переставлял стулья, освобождал место за столом и думал, что тщательно придуманный Юлией вечер для двоих развалился буквально за час до полуночи. Впрочем, озвучивать эту мысль он не рискнул: хватило ума промолчать.
За праздничным столом Валерия понемногу пришла в себя. Сначала пригубила шампанское, потом выпила ещё, щёки у неё порозовели, и она снова начала пересказывать случившееся — уже, кажется, в третий раз, но каждый раз находились новые ужасные детали. Полина наверняка крашеная. Антон — человек без совести. А она теперь одна, в свои двадцать восемь, и вся её жизнь, разумеется, покатилась куда-то под откос.
— Валер, а ты у него вообще пыталась спросить, кто такая эта Полина? — осторожно уточнил Дмитрий. — Ну… не с криком, а нормально. Вдруг там есть какое-то объяснение?
— Какое ещё объяснение? — Валерия всплеснула руками. — «Спасибо за вечер, ты чудо»! Что тут можно объяснять?
— Да всякое бывает, — неуверенно пожал плечами Дмитрий. — Мало ли что.
— Вот именно! Вы, мужчины, всегда друг друга выгораживаете! — Валерия сердито ткнула вилкой в салат, даже не заметив, что попала мимо тарелки. Потом вдруг посмотрела на Юлию и всхлипнула: — У тебя платье такое красивое… А я Новый год встречаю в старых джинсах, как последняя дурочка. Хотя теперь, наверное, так всё и будет. По-дурацки.
— Хватит себя накручивать, — мягко, но твёрдо сказала Юлия и накрыла её ладонь своей. — Сейчас поедим, послушаем куранты, а завтра, когда голова будет ясная, спокойно во всём разберётесь.
На экране тем временем герои старой новогодней комедии в очередной раз выясняли отношения. Валерия посмотрела на телевизор, криво усмехнулась и пробормотала, что, видимо, под Новый год у всех одно и то же.
За пятнадцать минут до полуночи в квартире снова прозвенел звонок.
Юлия с Дмитрием одновременно повернулись друг к другу. Валерия застыла, не донесла бокал до губ и побледнела.
— Если это Антон, — прошипела она, — не вздумайте открывать. Меня тут нет. Я вообще умерла.
Дмитрий вышел в прихожую. Почти сразу оттуда послышался взволнованный мужской голос, затем торопливый топот, и в комнату буквально ворвался Антон. Он не успел даже нормально разуться: один ботинок остался на ноге, второй болтался в руке. Волосы растрёпаны, воротник в снегу, глаза совершенно бешеные.
— Вот ты где! Живая! — выдохнул он, увидев Валерию. — Я весь город поднял! Твоей маме звонил, к ней ездил, подруг обзвонил… Телефон выключен! Я уже решил, что с тобой что-то случилось!
— Не приближайся, — Валерия резко отвернулась к окну. — Иди к своей Полине. Раз она считает тебя чудом, пусть сама на это чудо и смотрит.
— Да какая Полина?! — Антон схватился за голову. — Валерия, Полина — жена Сергея! Мы вчера в гараже его машину чинили, чтобы он успел забрать её из роддома! У них тридцатого дочка родилась! Я Сергею домкрат свой отдал и денег на коляску занял, вот она мне и написала благодарность! Позвони Сергею, если не веришь! Прямо сейчас звони!
В комнате повисла такая тишина, что слышно было только, как телевизор где-то на фоне бормочет про заливную рыбу.
— Из… роддома? — переспросила Валерия уже совсем другим, растерянным голосом.
— Из роддома, Валер. Девочка у них. Три двести, представляешь? Я тебе сюрприз хотел сделать: Сергей сегодня звонил, просил нас крёстными быть. А ты мой телефон выхватила, накричала, дверь хлопнула и исчезла. Я даже рта раскрыть не успел.
Валерия смотрела на мужа неподвижно, и по её лицу было видно, как вся картина произошедшего с громким внутренним скрипом переворачивается. То, что ещё час назад казалось ей железным доказательством измены, вдруг развалилось на мелкие куски. А вместо злости и обиды осталось только обжигающее, неловкое чувство стыда.
— А почему… почему ты сразу не сказал? — тихо спросила она.
— А ты позволила? — Антон развёл руками. — Ты мне хоть одно слово вставить дала?
— Так, — вмешался Дмитрий, бросив взгляд на часы. — Дорогие мои, до полуночи осталось три минуты. Предлагаю перенести семейное расследование уже на следующий год. Антон, снимай второй ботинок и садись за стол. Куда ты сейчас побежишь?
— Мы, наверное, домой… — начал было Антон.
— Не успеете, — отрезала Юлия, уже доставая из серванта ещё два бокала. — Быстро садитесь. Оба.
По телевизору президент как раз заканчивал поздравление. Дмитрий едва успел разлить шампанское, когда раздался первый удар курантов. Потом второй. Третий.
— Желание загадывайте! — вдруг крикнула Валерия, и по её щекам снова побежали слёзы, только теперь это были совсем другие слёзы.
С двенадцатым ударом все поднялись, бокалы звонко встретились над столом, и голоса смешались в один радостный шум. Антон целовал Валерию, Валерия то смеялась, то снова плакала, а Юлия смотрела на весь этот внезапный беспорядок и понимала, что злиться уже просто не может.
— С Новым годом, жена, — тихо сказал Дмитрий ей на ухо. — Правда, получилось не совсем вдвоём…
— С Новым годом, муж, — вздохнула Юлия. — Ладно уж. Будем считать, что вдвоём. Просто с небольшими дополнениями.
Около половины первого в дверь снова позвонили.
