— Из-за каких-то купюр… — Наталья закрыла лицо ладонями.
— Дело не только в деньгах, — устало вздохнула Галина Сергеевна. — Тут его самолюбие. Он всю жизнь смотрел на сестру снизу вверх, завидовал ей и пытался доказать, что тоже чего-то стоит. Деньги для него были лишь способом показать себя.
Виктор Михайлович достал телефон и строго посмотрел на дочь.
— Наталья, завтра с утра идёшь в полицию. Пишешь заявление. Это домашнее насилие, и всё должно быть зафиксировано официально. Потом — к юристу. И подаёшь на развод.
Наталья молча кивнула. В глубине души она понимала: отец прав. С Андреем всё кончено. Мужчина, который готов применить силу, чтобы забрать её накопления и отдать их сестре ради её одобрения, уже не муж и не близкий человек.
На следующий день Наталья поехала в отделение полиции. Она написала заявление, а синяки на плече — следы пальцев Андрея — зафиксировали. После этого она отправилась в банк: закрыла старый вклад, открыла счёт в другом банке и перевела туда все средства. Затем сменила пароли во всех личных кабинетах и онлайн-сервисах.
После обеда она встретилась с адвокатом. Молодая женщина внимательно выслушала её рассказ, время от времени делая пометки.
— Квартира на кого оформлена? — уточнила она.
— В общей собственности.
— Вы говорите, что большую часть стоимости внесли сами, из доходов от бизнеса?
— Да. У меня сохранились все выписки по счетам.
— Хорошо. Тогда при разделе имущества мы сможем доказать, что ваш вклад был значительно больше. А накопления на счёте — это ваши личные средства, полученные от предпринимательской деятельности. Муж не имеет права просто забрать их себе. Мы подготовим иск о разводе и отдельно заявим ходатайство о запрете приближаться к вам. С учётом зафиксированного насилия шансы хорошие.
Наталья снова кивнула. Теперь у неё был чёткий план.
Вечером позвонил Андрей. В его голосе уже не было прежней наглости — скорее растерянность и тревога.
— Наташа, давай поговорим. Я сорвался, сам не понял как. Прости меня. Может, встретимся?
— Нет. Я подала заявление в полицию и подаю на развод. С этого момента все вопросы — только через адвокатов.
— Что?! Ты серьёзно?!
— Абсолютно. И даже не пытайся приходить к квартире. Завтра я меняю замки.
— Наташа, ты с ума сошла? Из-за одной ссоры?
— Не из-за ссоры. Из-за того, что ты поднял на меня руку. Из-за того, что хотел отдать мои деньги своей сестре, лишь бы выглядеть перед ней героем. Из-за того, что называл меня мерзкой тварью. Этого более чем достаточно.
Она завершила звонок и сразу заблокировала его номер.
На следующее утро мастер заменил замок. Все новые ключи Наталья оставила у себя. Родители приехали помочь: вместе они навели порядок, расставили вещи по местам, убрали следы вчерашнего хаоса.
— Доченька, я тобой горжусь, — сказал Виктор Михайлович, когда они накрывали на стол. — Не каждая женщина решается так быстро разорвать этот круг.
— Папа, я просто поняла, что будущего с ним нет. Ради сестры он готов на всё. А меня воспринимал как кошелёк.
Галина Сергеевна ласково провела рукой по волосам дочери.
— Ты поступила правильно. Всё наладится. Ты сильная, умная, самостоятельная. Рядом с тобой обязательно появится человек, который будет ценить тебя, а не твои деньги.
Наталья слабо улыбнулась. Впереди её ждали развод, раздел имущества, суды и неприятные разговоры. Но страха уже не было. Родители были рядом, бизнес приносил стабильный доход, деньги находились в безопасности. Она справится. И больше никогда не свяжет жизнь с человеком, для которого она — лишь источник средств.
Через неделю пришло сообщение от Светланы. Короткое, злое, полное яда: «Твой муж — лжец и ничтожество. Обещал два миллиона гривен, а денег нет. Позор семьи».
Наталья усмехнулась и удалила сообщение. Пусть теперь разбираются между собой. К ней всё это больше не имело никакого отношения.
