— Мам, ну честно, тут уже пройти нормально нельзя. Чуть зазеваешься — и заденешь этот громадный горшок, — в голосе Артёма слышалось смущение, но раздражение он скрыть всё равно не сумел.
Наталья Сергеевна неторопливо провела влажной губкой по широкому блестящему листу фикуса, убрала с него пыль и лишь потом обернулась к сыну. Артём застыл на пороге гостиной, переминаясь, будто сам не до конца был уверен, что имеет право начинать этот разговор. Позади него стояла Полина, его молодая супруга. Она скрестила руки на груди, тяжело и показательно вздыхала, всем видом давая понять: находиться среди этих растений ей почти физически неприятно.
— Этот фикус стоит в углу восемь лет, Артёмка, — ровно произнесла Наталья Сергеевна, опуская губку в таз с тёплой водой. — За всё это время он никому не мешал. И, если уж на то пошло, стоит он не посреди прохода.
Полина не стала ждать, пока муж подберёт новые слова. Она шагнула вперёд, слегка оттеснив Артёма плечом.
— Наталья Сергеевна, вы просто поймите: сейчас так квартиры не оформляют, — заговорила невестка тем снисходительным тоном, каким взрослые иногда объясняют очевидные вещи маленькому ребёнку. — Это всё создаёт визуальный шум. Мы с Артёмом хотели бы сделать здесь нормальный уголок для отдыха: поставить пуф, может, повесить лаконичный постер. А сейчас у вас тут какие-то джунгли. Комната из-за этого кажется меньше, темнее, да ещё этот запах земли… будто воздуха не хватает.
Наталья Сергеевна распрямилась и молча окинула взглядом гостиную. Ей было искренне непонятно, где Полина увидела тесноту и хаос. Большая светлая комната с широкими окнами всегда оставалась её гордостью. На подоконниках и деревянных подставках, специально заказанных когда-то под размеры простенков, размещалась её любимая коллекция. Здесь росли пышные монстеры с резными листьями, аккуратные сортовые фиалки, почти не прекращавшие цветение, и прихотливые орхидеи, ради которых Наталья Сергеевна перечитала немало книг и статей. Для неё всё это давно перестало быть обычным увлечением. После выхода на пенсию зелёные питомцы стали её ежедневной радостью, делом, ради которого хотелось вставать утром, поливать, протирать, пересаживать, наблюдать за новым листом или бутоном.
Полгода назад Артём пришёл к ней с виноватым выражением лица и попросил приютить их с женой на какое-то время. Молодые собирались откладывать деньги на первый взнос по ипотеке, и аренда съедала слишком большую часть их доходов. Наталья Сергеевна тогда согласилась без долгих раздумий. Квартира у неё была просторная, трёхкомнатная, места хватало. Более того, она сама предложила сыну и невестке занять самую большую и солнечную комнату, а себе оставила спальню поменьше. Ей хотелось верить, что они сумеют жить спокойно, по-семейному, с уважением к привычкам друг друга.
Но всё пошло совсем не так, как она представляла. Сначала перемены выглядели мелочами, почти незаметными, словно в дом медленно вползало что-то чужое. Полина переставила всю кухню, объявив, что старые кастрюли «убивают аппетит», а любимые чашки Натальи Сергеевны отправила в самый дальний ящик. Потом из ванной пропали мягкие цветные полотенца, к которым хозяйка привыкла за годы. Их заменили одинаковые серые полотна — жёсткие, безликие и неприятные на ощупь. Наталья Сергеевна молчала. Она старалась не ссориться, сглаживала острые углы, задвигала собственное недовольство куда-то глубже и повторяла себе: это временно. Молодёжь иначе смотрит на быт, у них другие вкусы, ради сына можно потерпеть.
Но вскоре Полина добралась до того, что для Натальи Сергеевны было особенно дорогим, — до её цветов.
— Полина, это моя квартира, и мои растения будут стоять там, где стояли, — сказала Наталья Сергеевна негромко, однако в её голосе впервые прозвучала твёрдость. — Я уже перенесла часть горшков к себе в спальню, чтобы вам было свободнее. Гостиная у нас общая. Фикус останется в своём углу.
Артём тут же поднял ладони, пытаясь погасить конфликт.
— Ладно, мам, всё, мы поняли. Полин, пойдём. Пусть стоит. Я же говорил, мама свои кусты никуда не отдаст.
Полина сжала губы, бросила на свекровь недовольный взгляд и резко вышла в коридор. Весь следующий вечер она с шумом закрывала дверцы шкафов, нарочно гремела посудой и за ужином делала вид, будто Натальи Сергеевны за столом вообще нет.
С каждым днём воздух в квартире становился тяжелее. Наталья Сергеевна поймала себя на том, что без особой необходимости уже не выходит из своей комнаты, лишь бы лишний раз не сталкиваться с Полиной. Невестка держалась так, словно жильё давно принадлежало ей, а пожилая хозяйка была досадной помехой на пути к их правильной, современной и счастливой жизни. Артём предпочитал задерживаться после работы, а по выходным садился за компьютер и упорно изображал человека, который ничего не замечает.
Так прошло ещё несколько недель. Пришла ранняя весна, дни заметно прибавили света, и застеклённый балкон наконец начал прогреваться солнцем. Наталья Сергеевна решила посвятить выходные тому, чтобы привести его в идеальный порядок и подготовить для растений новое светлое место.
