сын, — ровным голосом продолжил отец, переводя взгляд на Андрея, — несколько минут назад стал мужем моей дочери. В моем ресторане. На свадьбе, за которую заплатил я. А вы позволили себе унизить ее перед всеми.
— Андрей! — Валентина резко обернулась к сыну. — Ну скажи же хоть что-нибудь!
Андрей сидел неподвижно. Смотрел в тарелку, будто там мог найти спасение. Пальцы были сцеплены на коленях так крепко, что побелели костяшки.
— Андрей! — уже громче повторила она.
Ответа не последовало.
Тогда отец повернулся к нему сам.
— Андрей, — произнес он спокойно, но так, что каждое слово было слышно в дальнем углу зала, — ты сейчас на стороне матери или на стороне своей жены?
Андрей медленно поднял глаза. Посмотрел на моего отца. Потом на Валентину. Потом на меня.
— Я… я не понимаю, что мне сказать…
— Скажи, что твоей матери пора уйти, — подсказал отец.
— Но она же моя мама…
— А Марина — твоя жена, — жестко напомнил отец. — Час назад ты обещал любить ее и защищать.
Андрей открыл рот, но так и не произнес ни звука.
Отец снова повернулся к Валентине:
— Госпожа Новакова, вы покидаете ресторан. Сейчас же.
— Вы не имеете права меня выгонять! — сорвалась она на крик.
— Имею, — ответил отец без тени сомнения. — Я владелец этого заведения. И могу вывести отсюда любого, кто нарушает порядок. Камеры наблюдения все записывают. Сотня гостей слышала каждое ваше слово. Уходите сами, либо я вызову охрану.
Лицо Валентины сначала налилось багровым, потом резко побледнело. Она схватила сумочку так, будто собиралась ударить ею кого-нибудь.
— Андрей, мы уходим!
— Нет, — сказал отец. — Андрей — мой зять. Ему здесь рады. Вам — нет.
— Андрей! — почти визжала Валентина. — Ты идешь со мной или нет?!
Он снова посмотрел на меня. Потом на мать. Потом на моего отца.
— Я… мне надо пойти с мамой…
— Не надо, — отрезал отец. — Ты не обязан.
— Но она одна…
— Она взрослая женщина, — спокойно произнес отец. — Дорогу домой найдет.
Андрей поднялся. И пошел к Валентине.
— Прости, Марина, — бросил он, даже не обернувшись как следует. — Я должен убедиться, что с ней все нормально.
И он ушел.
Вместе с матерью.
Из ресторана.
Со своей собственной свадьбы.
В зале повисла такая тишина, что было слышно, как кто-то нервно поставил бокал на стол. Сотня человек сидела, не понимая, куда смотреть и что делать.
Отец подошел ко мне и осторожно взял за руку.
— Марина, доченька. Сможешь встать?
Я поднялась. Ноги дрожали так сильно, что я почти не чувствовала пола под собой.
Отец подвел меня к микрофону.
— Дорогие гости, — начал он, и голос его впервые дрогнул. — Прошу прощения за то, что вы стали свидетелями этой сцены. Мой зять принял решение покинуть собственную свадьбу. Вместе со своей матерью. Это его выбор.
Он замолчал, достал платок и быстро промокнул глаза.
— Но моя дочь осталась здесь. И мы продолжим праздник. Потому что она этого достойна. Она заслуживает радоваться. Рядом с людьми, которые ее любят. И уважают.
Сначала хлопнул кто-то один. Потом еще несколько человек. Через мгновение аплодисменты подхватили все.
Весь зал встал и начал хлопать.
А я стояла возле микрофона. В белом свадебном платье. Без жениха.
Отец обнял меня за плечи.
— Поедем домой, доченька?
Я покачала головой.
— Нет. Мы останемся. И будем праздновать.
— Ты уверена?
— Да. Ты прав. Я заслужила этот день.
Свадьба продолжилась. Без жениха. Без свекрови.
Я танцевала с отцом. Потом с двоюродным братом. Потом с двоюродной сестрой. Ела торт, смеялась над шутками дяди, пила шампанское маленькими глотками и делала вид, что у меня не раскалывается сердце.
И каждую минуту ждала, что Андрей вернется.
Но он не вернулся.
Ближе к полуночи я вышла на улицу и села на лавочку у входа в ресторан. Над городом висела луна. Вокруг было тихо.
Через пару минут рядом появился отец. Он молча сел возле меня.
— Как ты, Марина?
— Не знаю, пап.
— Он звонил?
— Нет.
Отец кивнул. Некоторое время мы сидели в тишине. Потом он тихо сказал:
— Марина, я хочу, чтобы ты кое-что поняла. Сегодня Андрей сделал выбор. Не его мать решила за него.
