– Как же ты мне надоела! Можешь ты когда-нибудь оставить меня в покое?
Анфиса, которая сегодня решила прийти на работу пораньше, замерла перед своим кабинетом. Голос она узнала сразу – это был Роман. Вот только с кем он там разговаривает? И почему он так кричит, что его слышно за версту? Хотя, что за глупый вопрос? Понятное дело, сейчас вместе с ним в кабинете находится Оксана. Да, та самая Оксана, которая вот уже на протяжении месяца отравляет жизнь Романа. Интересно, а как она попала в их кабинет? Охране эту даму было строго-настрого запрещено пускать на этаж.
Анфиса аккуратно приоткрыла дверь и заглянула внутрь. А в центре кабинета в довольно растрёпанном состоянии стоял Роман. Роман, который всегда был сдержанным и собранным, с неизменной улыбкой на лице, сейчас вёл себя несколько неадекватно. Он кричал на женщину, которая была одета, мягко скажем, вызывающе. И да, это была Оксана, тут, Анфиса не ошиблась.
Женщина выглядела так, будто она пришла не в офис на работу, а на какую-то шумную вечеринку. Еще Оксана держала в руках смартфон с включенной видеокамерой, она явно хотела получить какой-то компромат на Рому.
– Ты что, совсем с ума сошла? – голос Романа дрожал от злости, в нём звучала такая усталость, что Анфисе стало его искренне жаль. – Сколько раз я тебе говорил: оставь меня в покое!
Оксана, не смущаясь, скрестила руки на груди и усмехнулась. В её глазах читалось какое‑то маниакальное упорство.
– А что такого? Я просто хочу быть рядом с тобой. Разве это преступление?
Мужчина практически зарычал и растрепал и без того довольно взъерошенные волосы. Роман просто не знал, что ему делать! Эта дама никак от него не отставала. Кто бы знал, как он устал…
Анфисе стало откровенно жаль своего коллегу, и она решила прервать сей неприятный разговор.
– Оксана, может, хватит? – довольно громко сказала она, решительно заходя в кабинет. – Ты же понимаешь, что это уже переходит все границы.
Оксана резко развернулась к ней. Её глаза сверкнули гневом, а улыбка стала какой‑то хищной.
– А ты вообще не лезь! Это наше с ним дело.
Анфиса невольно вздохнула, чувствуя, как внутри поднимается волна раздражения. Она знала историю навязчивого преследования Романа Оксаной почти с самого начала – и теперь всё это достигло кульминации.
***
Всё началось месяца три назад. Сначала Оксана просто “случайно” сталкивалась с Романом в коридоре. Она работала в другой компании, располагавшейся в этом же здании, но, похоже, специально подстраивала встречи. Анфиса не раз замечала, как та будто бы гуляет возле нужного этажа или задерживается у лифтов.
Однажды утром Роман вышел из лифта, а Оксана уже стояла у его кабинета, прислонившись к стене и поигрывая сумочкой. Она улыбнулась так лучезарно, что это выглядело почти фальшиво.
– О, Роман! – её голос прозвучал слишком радостно для семи утра, почти пронзительно. – Какой приятный сюрприз! Я как раз шла мимо.
Он вежливо кивнул, стараясь обойти её, но Оксана шагнула в сторону, преграждая путь.
– Да, действительно… совпадение, – пробормотал Роман, пытаясь сохранить спокойствие. – Ты случайно оказалась на нашем этаже, хотя работаешь совсем на другом.
– Знаешь, – Оксана словно не услышала его слов, – я тут испекла пирог. Очень вкусный, с яблоками. Возьми, угостись!
Она протянула ему контейнер, завёрнутый в фольгу. Роман на секунду замер, ошарашенный такой наглостью, но потом решительно отодвинул её руку.
– Спасибо, но я не голоден.
– Ну что ты, – настаивала Оксана, чуть ли не суя контейнер ему в руки. – Всего кусочек! Я специально для тебя пекла. Всю ночь не спала, представляешь?
– Скажу прямо – это твои проблемы, что ты не спала всю ночь. Я не буду есть ничего, что ты приготовила. И, пожалуйста, отстань от меня.
Но Оксана не сдавалась. Она начала появляться у его кабинета каждый обеденный перерыв. То принесёт сэндвич, завёрнутый в салфетку, то йогурт с надписью “Для тебя!” маркером, то домашний салат в пластиковом контейнере. Роман неизменно отказывался, а еду демонстративно отправлял в мусор. Коллеги начали переглядываться, кто‑то тихо перешёптывался, но никто не решался вмешаться.
Однажды Анфиса случайно услышала их разговор возле столовой. Оксана шла за Романом по пятам, чуть ли не наступая на пятки, её каблуки громко стучали по полу.
– Роман, ну почему ты такой упрямый? – в её голосе звучала какая‑то детская обида. – Я же от души!
– Оксана, – он остановился и повернулся к ней, стараясь говорить спокойно, но в голосе уже слышалось напряжение, – когда же ты наконец-то меня услышишь? Я женат. У меня семья, я очень сильно люблю свою жену! И я не хочу, чтобы Олеся что‑то неправильно поняла.
– Олеся? – она пренебрежительно махнула рукой, и её браслет звонко стукнулся о запястье. – Да она тебя не ценит! Я бы относилась к тебе совсем по‑другому.
Роман покачал головой, и Анфиса заметила, как его пальцы слегка сжались в кулаки.
– Это не обсуждается. Прошу тебя, прекрати.
Но она не прекратила. Вскоре Оксана начала караулить его у машины после работы. Однажды Роман вышел из здания, а она уже стояла возле его серебристого седана, постукивая каблуком и разглядывая ногти.
– Решила составить тебе компанию, – улыбнулась она, но улыбка вышла какой‑то натянутой, неестественной.
– У меня другие планы, – коротко ответил Роман и сел в машину.
Оксана не сдвинулась с места.
– Может, хоть подвезёшь? Мне как раз по пути.
– Нет, – он завёл двигатель, стараясь не смотреть на неё. – Извини.
Это был не единственный случай. Пару раз Роману и вовсе приходилось уезжать домой на такси, потому что Оксана останавливалась возле водительской двери и отказывалась делать хотя бы шаг в сторону.
– Я сегодня буду немного позже, дорогая, – мужчина позвонил жене из такси, чтобы та волновалась из-за его задержки.
– Что‑то случилось? – спросила Олеся.
– Ничего серьёзного, – попытался успокоить её Роман. – Просто… кое‑кто не понимает слова “нет”.
Олеся вздохнула. Она уже догадывалась, о ком речь. За последнее время ей начали поступать странные звонки с незнакомых номеров. Сначала просто молчание в трубке, потом – короткие сообщения: “Твой муж мне небезразличен”, “Ты ему не подходишь”, “Отпусти его, и всем будет лучше”. Олеся не отвечала, но внутри у неё всё сжималось от тревоги.
Оксана не унималась. Однажды она даже дождалась мужчину возле подъезда его дома. Роман возвращался с работы, уставший, с портфелем в руке, а она сидела на скамейке и очень решительно смотрела на дверь. Увидев подходящего Романа, она мгновенно скачала и подбежала к нему.
– Какой приятный вечер, правда? – улыбнулась она. – Может, прогуляемся?
– Оксана, – Роман остановился, стараясь говорить спокойно, хотя внутри всё кипело от раздражения, – это уже слишком. Ты преследуешь меня на работе, звонишь моей жене, теперь ждёшь у дома. Так нельзя. Если это не прекратится, я буду вынужден обратиться в полицию.
Она на секунду замерла, её глаза расширились, а губы дрогнули. Но уже в следующее мгновение она рассмеялась – громко, почти истерично.
– Ой, какие мы серьёзные! Да ладно тебе, Роман, я же просто…
– Просто – что? – он повысил голос, и это было так непривычно, что Оксана отступила на шаг. – Просто мешаешь мне жить? Просто портишь жизнь моей семье?
Оксана поджала губы, в её глазах мелькнуло что‑то похожее на обиду, но она быстро взяла себя в руки.
– Ты не понимаешь. Я же люблю тебя!
– Зато я тебя нет! – отрезал Роман. – Уходи. И больше не появляйся.
Она фыркнула, развернулась на своих высоких каблуках и пошла прочь, но Роман знал – это ещё не конец.
И действительно, через пару дней Оксана снова появилась в офисе…
***
Как она прошла мимо охраны, оставалось загадкой, но вот она стояла в его кабинете, вызывающе одетая, с телефоном в руке, и явно рассчитывала снять что‑то провокационное, чтобы показать Олесе. Её платье сегодня было ещё короче, чем обычно, а макияж – ещё ярче. Она словно специально подчёркивала контраст между собой и привычной офисной обстановкой: серые стены, стеллажи с папками, привычные столы с мониторами.
– Что ты делаешь? – Даже на работу стал приходить раньше, чтобы не сталкиваться с этой ненормальной на проходной. – Что ты хочешь снять, а? Как я на тебя ору? Как я тебя посылаю? Или как я тебя зашкварник выкину из своего кабинета?
Анфиса не стала ждать. Внутри неё закипала злость – не просто раздражение, а настоящая ярость на эту женщину, которая не уважала ни чужие границы, ни чувства других людей. Она быстро достала телефон и набрала охрану. Пальцы чуть дрожали от напряжения, но она чётко произнесла в трубку:
– Срочно пришлите кого‑нибудь в кабинет 314. Здесь конфликт, и ситуация выходит из‑под контроля.
Через пару минут в коридоре послышались тяжёлые шаги, и в кабинет вошёл охранник – тот самый, который, как выяснилось позже, пропустил Оксану за деньги. Он выглядел смущённым, даже виноватым, но старался держаться строго.
– Так, – он хмуро посмотрел на женщину. Его голос звучал твёрдо, но в глазах читалась неловкость. – Прошу вас покинуть помещение. Немедленно.
Оксана вспыхнула. Её лицо покраснело, а губы задрожали от злости. Она резко повернулась к охраннику, тыча в него пальцем.
– Да я тебе деньги заплатила! Ты обещал, что у нас будет как минимум полчаса! Ты что, забыл? Я тебе хорошо заплатила, между прочим!
Охранник покраснел ещё сильнее, опустил глаза и промолчал. Анфиса лишь покачала головой. Всё стало ясно: Оксана подкупила его, чтобы получить доступ к Роману. В этот момент она почувствовала к ней не просто неприязнь, а какое‑то глубокое отторжение – как к человеку, который не понимает простых человеческих норм.
В итоге Оксану вывели, а охранника уволили – не просто за взятку, а за грубое нарушение должностных инструкций. Роман опустился на стул, провёл рукой по лицу и глубоко вздохнул. Как же он устал. Вот только что ему делать-то? В полиции заявление однозначно не примут. А жить так было просто невыносимо…
– Спасибо, – тихо сказал он Анфисе. Его голос звучал устало, но в нём слышалась искренняя благодарность. – Я уже не знал, что делать. Эта ситуация выматывала меня день за днём. Я боялся сорваться и взять грех на душу…
– Ну ничего, хотя бы здесь она больше никогда не появится, – Анфиса не знала, что ещё ей сказать. – Я слышала, что наш начальник ходил к руководителю её компании. И кажется, там всё очень серьёзно. Скорее всего, её уволят.
Роман слабо улыбнулся.
– Да, наверное. Но знаешь, что самое обидное? Я не понимаю, почему она так упорно цеплялась за эту идею. Будто я какой‑то приз, который нужно завоевать любой ценой.
На следующий день Роман взял отпуск без сохранения содержания. Он решил уехать с Олесей и детьми на пару недель – просто чтобы передохнуть, успокоиться, дать ситуации остыть. Олеся, хоть и переживала из‑за случившегося, поддержала его. Она видела, как муж устал, как его изматывает эта ситуация, и понимала, что им всем нужен перерыв.
Они отправились в небольшой городок у озера, сняли уютный домик с террасой, откуда открывался вид на воду. Олеся расстелила плед на траве, дети тут же бросились запускать воздушного змея. Роман сел рядом, закрыл глаза и глубоко вдохнул свежий воздух. Впервые за долгое время он почувствовал, как напряжение покидает его тело.
– Кажется, я забыл, каково это – просто отдыхать, – сказал он жене, когда они вечером сидели у костра. – Без тревожных звонков, без неожиданных встреч, без чувства, что кто‑то следит.
Олеся улыбнулась и взяла его за руку.
– Теперь у нас есть время вспомнить. Надеюсь, к нашему возвращению всё уладится.
А тем временем Оксана, оставшись без доступа к объекту своего навязчивого внимания, начала искать новую цель. Ей не потребовалось много времени: в соседнем бизнес‑центре она встретила Сергея – брутального, уверенного в себе мужчину, тоже женатого, тоже с детьми. Он напоминал ей Романа – такой же спокойный, рассудительный, с лёгкой улыбкой. И Оксана, не теряя времени, начала свою “завоевaтельную кампанию” заново.
Она выбрала тактику “случайных” встреч: то появится возле кофейного автомата, когда Сергей наливал себе капучино, то “случайно” столкнётся с ним у лифта. В первый же день, когда она подошла к нему с предложением выпить кофе, он твёрдо, но вежливо отказался.
– Простите, но я не заинтересован. У меня есть семья, и я её очень люблю.
Оксана лишь усмехнулась, но в её глазах мелькнуло недоумение.
– Все так говорят.
Сергей не стал спорить. Он просто развернулся и ушёл, оставив её стоять посреди коридора. Его уверенность, спокойствие и чёткость реакции застали Оксану врасплох. Она привыкла, что мужчины либо смущаются, либо пытаются мягко от неё отделаться, но такой прямой и твёрдый отказ был для неё в новинку.
Сергей, вернувшись домой, сразу рассказал жене Насте о навязчивой поклоннице. Он не любил делиться подобными историями – обычно считал, что способен разобраться сам, – но тут ситуация показалась ему слишком странной. Оксана выглядела не просто увлечённой, а одержимой.
Настя слушала молча, помешивая ложкой чай. Она была женщиной решительной, с чётким пониманием, что хорошо, а что плохо. Короткие тёмные волосы, прямой взгляд, привычка говорить прямо – всё в ней выдавало человека, который не станет тратить время на пустые слова.
– И что она от тебя хочет? – спросила Настя, когда Сергей закончил рассказ. Её голос звучал спокойно, но в глазах мелькнуло что‑то жёсткое.
– Да непонятно. То кофе предлагает, то “случайно” сталкивается в коридоре. Сегодня прямо в лицо заявила, что я ей нравлюсь.
Настя поставила чашку на стол и посмотрела мужу в глаза.
– Ты ей ясно отказал?
– Конечно. Чётко и вежливо. Но она не отстаёт.
Жена кивнула, будто подтверждая собственные мысли.
– Понятно. Значит, будем действовать по‑другому.
На следующий день Оксана снова появилась возле бизнес‑центра. Она выбрала место у главного входа, откуда хорошо просматривались все подъезжающие машины.
“Сейчас он выйдет, увидит меня, и не сможет устоять», – думала она, стараясь не обращать внимания на прохладный ветер, продувающий её лёгкое пальто.
Но события развивались не по её сценарию.
Когда Сергей вышел из здания, Оксана сделала шаг вперёд, но тут же почувствовала, как чьи‑то крепкие руки подхватили её под локти. Двое мужчин – высоких, в тёмных куртках – появились словно из ниоткуда.
– Эй, что вы делаете?! – вскрикнула она, но её уже вели к чёрной машине, припаркованной неподалёку.
– Спокойно, – произнёс один из них. – Вас попросили немного успокоиться.
Оксана попыталась вырваться, но хватка была железной. Её усадили на заднее сиденье, дверь захлопнулась, и машина тронулась с места. Поначалу она ещё кричала, требовала отпустить, угрожала полицией. Но мужчины молчали, лишь изредка переглядываясь. Через полчаса город остался позади, дорога стала уже, деревья по обочинам – гуще. Наконец машина остановилась на пустынной обочине где‑то в паре десятков километров от города.
– Вылезайте, – коротко сказал один из сопровождающих. – И больше не появляйтесь возле Сергея. Если, конечно, проблем не хотите.
Оксана растерянно огляделась. Вокруг – только лес, дорога и угасающий свет дня.
– Но как я доберусь обратно?
– Как хотите, – пожал плечами второй мужчина. – Такси вызовите. Или пешком идите. Нам всё равно.
Машина развернулась и уехала, оставив Оксану одну. Она стояла, дрожа от холода и обиды, пока последние лучи солнца не скрылись за деревьями. Потом достала телефон и с ужасом поняла, что он разряжен в ноль. Дорога обратно заняла почти всю ночь.
Лишь утром Оксана добралась до дома. Она села на диван, обхватила колени руками и впервые за долгое время задумалась. Не о том, как завоевать чьё‑то сердце, а о том, почему все её попытки заканчивались одинаково. Почему люди, которых она выбирала, не хотели её внимания? Почему вместо восхищения она вызывала раздражение, а вместо симпатии – желание держаться подальше?
В груди что‑то сжималось, будто холодный комок, мешающий дышать. Оксана оглядела свою квартиру – яркую, стильную, с дорогими безделушками на полках, с фотографиями в рамках, где она всегда улыбалась на фоне красивых пейзажей. Всё это вдруг показалось каким‑то фальшивым, ненастоящим. Она вспомнила, как ещё недавно была уверена, что стоит только проявить настойчивость – и Роман, а потом Сергей, обязательно оценят её чувства. Но реальность оказалась совсем другой.
Оксана встала, подошла к зеркалу и вгляделась в своё отражение. Яркие тени на веках, чётко очерченные губы, идеально уложенные волосы – всё было сделано по последней моде. Но глаза… В них читалась усталость, растерянность, даже страх. Она вдруг осознала, что давно не видела в них того живого блеска, который бывает у счастливых людей. Вместо этого – какая‑то отчаянная решимость, граничащая с одержимостью.
В следующие дни Оксана не появлялась ни возле бизнес‑центра, ни где‑либо ещё. С работы её уволили, новую она пока не нашла. Женщина отменила все встречи, отключила уведомления в соцсетях. Поначалу это пугало: тишина в квартире давила, мысли крутились вокруг одних и тех же вопросов. Но постепенно она начала замечать мелочи, которые раньше пропускала мимо: аромат свежесваренного кофе по утрам, первые лучи солнца на подоконнике, шум дождя за окном.
Однажды утром Оксана вышла на балкон и глубоко вдохнула свежий воздух. Внизу шумел город, спешили люди, гудели машины – а она впервые за долгое время ощутила спокойствие. Решение пришло само собой: она переедет в другой район, начнёт всё с чистого листа. И больше никогда не будет преследовать тех, кто ясно дал понять – её внимание нежелательно…
Тем временем Роман вернулся из отпуска. Он выглядел отдохнувшим, посвежевшим, с лёгким загаром на лице. Олеся рассказала Анфисе, что за эти две недели они наконец смогли по‑настоящему расслабиться – без тревожных звонков, без неожиданных встреч, без чувства, что кто‑то следит.
– Знаешь, – сказал Роман Анфисе в один из первых рабочих дней, – я думал, что эта история с Оксаной меня чему‑то научит. Но, кажется, главный урок получила она сама…
