За две недели до командировки они поругались. Сильно. Так, что кот Барсик на всякий случай забился невесть куда, чтобы не попасться под горячую руку.
***
Надя попросила цветы.
– Денис, купи мне цветы. Просто так. Без повода.
– А повод? – спросил он, не отрываясь от телефона.
– Я. Я – повод.
Денис подумал: «Ну, а что? Рационально». Пошел в магазин. Вернулся через двадцать минут с большим пакетом. Надя улыбнулась, заглянула внутрь. Достала кочан капусты. Свежий, упругий, белокочанный.
– Это цветы? – спросила тихо.
– Это капуста. Цветы стоят пятьсот и вянут. Капуста – восемьдесят. Из нее три дня можно делать салат.
– Денис.
– Что?
– Ты идиот.
– Я твой идиот.
Она не разговаривала с ним три дня. Он не понимал, чем обидел. Она не объясняла. Потом он уехал в командировку. В Екатеринск. Сказал:
– Работа, ничего личного.
Надя подумала: «Ничего личного – это про нас».
***
Он уехал на две недели.
Она осталась с двумя детьми, котом, бесконечными стирками, школой, садиком, неизменной яичницей на завтрак.
И с ватсапом.
Там они переписывались…
День первый.
Он: «Прибыл. Номер унылый. Завтра переговоры».
Она: «Молодец. Кот сожрал корм и час орал, требуя добавки».
Он: «Кто молодец? Я или кот?»
Она: «Кот».
День второй.
Он: «Фото завтрака. Фото гостиницы. Фото коллеги Коли, который храпит в соседнем номере».
Она: «Красиво. У нас потек кран. Вода льется. Вызвала сантехника. Не пришел».
Он: «Звони в управляющую компанию».
Она: «Позвонила. Сказали, что пришлют в течение трех дней».
Он: «Вот козлы».
Она: «Козлы – это те, кто уехал в Екатеринск».
День третий.
Он: «Как дети?»
Она: «Сын принес двойку, дочь отказывается ужинать. Я устала».
Он: «Держись».
Она: «Спасибо, я не держусь. Я падаю».
День четвертый.
Он: «Сегодня видел в торговом центре огромного плюшевого зайца. Хотел купить дочери, но побоялся тащить в самолет».
Она: «Ты никогда не боялся тащить в самолет. Ты боялся потратить лишние деньги».
Он: «Ты меня раскусила».
Она: «Я тебя раскусила еще на первом свидании, когда ты заказал чай без сахара и сказал, что сладкое вредно».
Он: «А ты тогда заказала пирожное и съела его одна, не предложив мне».
Она: «Потому что ты сказал про вредность».
День пятый.
Он: «Сегодня уснул на переговорах. Честно. Просто закрыл глаза и отключился на секунду. А когда открыл – все смотрели».
Она: «Тебя уволят?»
Он: «Надеюсь. Устал».
Она: «Я тоже устала».
Он: «Давай уставать вместе, но в разных городах?»
Она: «Давай уставать вместе, но дома. Когда ты вернешься?».
Он: «Я соскучился».
Она: «Я тоже».
Он помолчал минуту. Потом написал: «Знаешь, я сейчас понял, что скучаю не по дому. Я скучаю по тебе. По тому, как ты утром пьешь кофе и морщишься, потому что он горячий. По тому, как ты ругаешь кота и потом его жалеешь. По тому, как ты смеешься, когда сын рассказывает свои анекдоты».
Она не ответила. Перечитала это сообщение пять раз. Потом заплакала. Потому что он никогда не писал таких слов. За пятнадцать лет брака – ни разу. Он – материалист, прагматик, человек, который говорит «люблю» только на день рождения и то после напоминания. А тут – про кофе, про кота, про анекдоты. Как будто кто-то взломал его телефон. Или у него случилось просветление.
День шестой.
Она: «Ты вчера был пьян?»
Он: «Нет. Трезв как стеклышко».
Она: «Тогда почему такие слова?»
Он: «Потому что я соскучился. Это как алкоголь – мозги отключаются, язык развязывается».
Она: «Ты сравнил любовь с алкоголем?»
Он: «Я сравнил любовь с честностью. Иногда, чтобы быть честным, нужно быть немного пьяным. Или очень одиноким».
Она: «Ты одинок? Там же коллеги».
Он: «Коллеги – не ты. Они не знают, что я боюсь темноты и сплю с ночником. Ты знаешь. И никогда не смеялась».
Она: «Смеялась. Один раз. Когда ты сказал, что боишься темноты, потому что там может быть Барсик».
Он: «Барсик – зверь. Он гадит в тапки. Это страшно».
Она: «Ты идиот».
Он: «Я твой идиот».
День седьмой.
Она проснулась от сообщения. Он написал в четыре утра: «Не сплю. Думаю о тебе. Представляю, как мы встретимся в аэропорту. Ты будешь в том синем платье, которое я люблю. Я буду с цветами. Мы обнимемся, и я скажу: «Прости, что я такой». А ты спросишь: «Какой?». А я скажу: «Молчаливый». А ты скажешь: «Я привыкла». А я скажу: «Это плохо». А ты скажешь: «Это жизнь».
Она не ответила. Просто надела синее платье. Хотя это было только седьмое утро, а встреча в аэропорту планировалась через неделю.
День восьмой.
Он: «Сегодня ходил в зоопарк. Один. Смотрел на обезьян. Они похожи на наших коллег – гримасничают, кидаются едой, строят из себя начальников».
Она: «Ты один ходил в зоопарк? В сорок лет?»
Он: «А что? Я имею право на детство. Ты же мне разрешаешь».
Она: «Разрешаю. Только фоткай».
Он прислал фото. Обезьяна строила рожу. Он – тоже. Она засмеялась в голос. Дети прибежали: «Мам, ты чего?». Она: «Папа дурака валяет». Дети: «Он всегда дурака валяет, когда нас нет». Она: «Да. Жалко, что мы этого не замечаем».
День девятый.
Он: «Я тут подумал. А помнишь, как мы познакомились? Ты уронила кошелек в метро, я поднял. Ты сказала: «Вы очень внимательный». Я сказал: «А вы очень красивая». А потом мы пошли пить кофе».
Она: «Я до сих пор помню, что ты заказал чай без сахара».
Он: «А ты – пирожное».
Она: «Я до сих пор его помню. Оно было вкусное. С вишней».
Он: «А я помню, как ты смотрела на меня. Как будто я был не просто мужчина в метро, а целая жизнь».
Она: «Ты был целая жизнь. Ты и остался. Просто иногда я забываю».
Он: «Я тоже забываю. Но сейчас – не забываю».
День десятый.
Он не написал ни слова. С утра до вечера – тишина. Она звонила – он не брал трубку. Писала – не отвечал. Она начала паниковать. Представляла страшное: упал, заболел, попал под машину. Кот ходил за ней по квартире и требовал корм. Дети просили мультики. Она думала о нем.
В одиннадцать вечера сообщение: «Извини. Разрядился телефон. Забыл зарядку в гостинице. Целый день искал новую. Нашел у Коли. Он дал, но взял слово, что я больше не буду засыпать на переговорах. Как ты?»
Она: «Я волновалась. Думала, ты умер».
Он: «Я живой. Скучаю. Скоро вернусь».
Она: «Через три дня».
Он: «Через три дня. Ты будешь встречать?»
Она: «В синем платье».
Он: «Я с цветами».
Она: «Договорились».
День одиннадцатый.
Он: «Купил подарки. Сыну – конструктор, дочке – зайца, тебе – шарф».
Она: «Ты не умеешь выбирать шарфы. В прошлый раз ты привез розовый, а я не ношу розовый».
Он: «Это не розовый. Это пыльная роза».
Она: «Пыльная роза – это розовый».
Он: «Это цвет заката над Екатеринском».
Она: «Ты поэт?»
Он: «Я бухгалтер. Но ради тебя могу стать поэтом».
Она: «Не надо. Я люблю тебя бухгалтером. У тебя почерк понятный и цифры сходятся».
День двенадцатый.
Он: «Завтра вылет. Встречай».
Она: «Встречу».
Он: «Ты волнуешься?»
Она: «Нет».
Он: «Я волнуюсь. Как в первый раз».
Она: «Первый раз я подавилась пирожным, а ты похлопал меня по спине. Было неловко».
Он: «А мне было приятно. Я коснулся тебя».
Она: «Ты идиот».
Он: «Я твой идиот».
День тринадцатый. Встреча.
Она стояла в аэропорту. В синем платье. С детьми. Кота, конечно, не взяли – он бы устроил скандал. Она смотрела на табло прилетов. Его рейс задерживался на час. Она пила кофе, дети играли в телефонах. Она думала: «Почему он написал про ноги? Почему про кофе? Почему про обезьян? Он никогда таким не был. Может, правда влюбился заново? Или это просто командировка – отключение от быта, от детей, от сгоревшей яичницы? Может, дома он снова станет молчаливым, спросит про капусту и уйдет в ноутбук?»
Он вышел из зоны прилета. С цветами. Огромный букет. Она таких от него не видела – только на свадьбе, и то букет выбирала теща. Он подошел, обнял, поцеловал. Сказал:
– Прости, что я такой.
Она: «Какой?»
Он: «Молчаливый».
Она: «Я привыкла».
Он: «Это плохо».
Она: «Это жизнь».
Он: «Нет. Это привычка. Я буду меняться».
Она: «Не надо. Я люблю тебя любым. Даже с капустой».
Он: «Капуста была ошибкой».
Она: «Капуста – это прошлое. А цветы – настоящее».
Они поехали домой. В такси он держал ее за руку. Дети уснули. Кот встретил их на пороге, понюхал цветы, чихнул и ушел на кухню.
Она поставила цветы в вазу. Он убрал ноутбук в стол. Сказал:
– Сегодня я не работаю. Сегодня я только твой.
Она: «А завтра?»
Он: «Завтра я твой с ноутбуком. Но сегодня – без».
Они заказали пиццу, пили вино, смотрели фильм. Глупый фильм, про любовь. Она смеялась, он обнимал. Кот сидел рядом и требовал колбасу.
– Денис, – сказала она.
– Что?
– Ты правда изменишься?
– Не знаю. Но попробую.
– А если не получится?
– Тогда ты будешь писать мне «ты козел». А я буду писать «я соскучился по твоим ногам».
Она засмеялась.
— Ты идиот.
— Я твой идиот.
Они допили вино, доели пиццу. Уложили детей. Кот уснул в кресле. Надя посмотрела на мужа.
– Знаешь, я ведь тоже скучала. Не по тебе – по нам. По тем, кем мы были в начале. Веселыми, дурашливыми, без ипотеки и без капусты.
– Капуста – это символ моей глупости. Я больше не буду покупать капусту.
– Покупай. Только вместе с цветами.
– Договорились.
Они обнялись и уснули. На диване. Потому что кровать уже занял кот.
***
Утром он ушел на работу. С ноутбуком. Поцеловал ее, сказал «люблю».
Вечером не забыл про цветы. Зашел в цветочный магазин и попросил:
– Дайте что-нибудь недорогое, но чтобы жена улыбнулась.
Продавщица предложила ромашки. Он взял.
Надя поставила их в вазу. Кот понюхал, чихнул и ушел.
И так каждый день.
Вот и вся история.
Обычная. Простая. Где-то – нелепая, даже глупая.
Ну и что? Любовь часто звучит глупо. Но это же не значит, что ее нет.
