Как можно пошутить на свадебном торжестве?
Правильно: только окунуть своего любимого человека лицом в торт! Другие шутки такой разрушительной силы не имеют.
Нет, есть еще вариант: во время росписи в ЗАГСе ответить «нет». Но торт, все-таки, лучше.
Причем, шутят подобным образом, чаще всего, новоиспеченные мужья. Почему? А кто знает!
Может, женщины физически слабее. И не каждой удастся нагнуть шею взрослому мужику так, чтобы лицо окунулось в крем.
А еще многие мужчины «качаются» и строят свое тело. А такую шею априори нагнуть не получится — даже не пытайтесь!
Другое дело — тонкая шейка у дам: ткнул одним пальцем и все чики-пуки — смейтесь, господа!
И эти неумные представители класса парноко..пытных так и поступают, что характерно.
Не стоит исключать вариант, что дамы элементарно умнее, воспитаннее, тактичнее и могут предугадать последствия: ведь после того, как тебя окунули, фигурально выражаясь, …ордой в грязь, прежних отношений по определению уже не может быть!
А тут от тебя ждут именно этого! Что ты сейчас вытрешь с физиономии и волос крем и начнешь задорно хохотаться и радоваться, что шутка удалась!
И ничего, что весь макияж и прическа испорчены — а какая женщина добровольно на это согласится?
Зато как весело-то, Верочка! Ну не дуйся — не порти людям праздник!
К сожалению, Верин возлюбленный Игоряша поступил именно так и ждал от нее точно такой реакции.
И это оказалось для девушки совершенно неожиданным: она думала о своем избраннике немного по-другому.
Нет, лукавить не стоит: кое-какие звоночки-то были, конечно! Но, как и все остальные представительницы женского пола, Вера надеялась, что все образуется.
Говоря честно, если бы девушка знала, что ее ожидает на свадебном торжестве, скорее всего, поостереглась бы и, не исключено, что отклонила долгожданное предложение.
Выбежав из ресторана, она заказала такси: не ехать же в свадебном платье с грязным лицом в метро!
Таксист ничего не спросил — только молча поглядывал на странную невесту, все время вытирающую влажными салфетками лицо: захватила — как знала…
У подъезда, как обычно, сидели кумушки: Вере предстояло пройти мимо них.
Сегодня это должно было произойти во второй раз: первый раз это было днем при выкупе невесты — но это еще можно было пережить.
Хотя Вере очень не нравились подобные игры — по..зорище, елы-палы! — Игорю с выкупом она перечить не стала.
Но предстоящее дефиле уже было откровенной срамо..тенью: одна и с таким личиком! Обязательно привяжутся!
И тогда девушка попросила симпатичного таксиста проводить ее и зайти вместе с ней в подъезд: в присутствии мужчины они постесняются ее расспрашивать! Главное — проскочить мимо!
Так и получилось: они гордо, под руку, прошествовали мимо изумленных кумушек, оставив шлейф недоумения и повод для разговора — хто ето с ней? — и распрощались у лифта.
Перед уходом таксист неожиданно дал ей визитку, произнеся:
— Если что — звоните! — ему очень понравилась девушка, над которой какой-то …онок так неудачно «пошутил».
В квартире царил творческий беспорядок: ведь все утро она собиралась в ЗАГС! Господи, как же это было давно! И какая она тогда была счастливая!
Они уже два года жили вместе в ее квартире. И только недавно Игорь сподобился сделать ей предложение: нам же и так хорошо!
В принципе, так оно и было: они чувствовали себя хорошо. Но все познается в сравнении. А у Веры все подруги уже были замужными дамами: возраст девушки приближался к тридцати.
А Игоряше и вообще, перевалило за тридцать, но он не торопился: молодой — погуляю ишшо!
Если бы Вера испытывала к мужчине огромную любовь или нечеловеческую страсть, что ли, она бы его торопила.
А тут ей было просто не очень приятно от своего статуса сожительницы — какое мер.зкое слово! Поэтому девушка терпеливо ждала.
Потому что фейерверка чувств тут не было — так же, как в любимом кинофильме у Нади с Ипполитом: Верочка дышала в этом направлении ровно.
И ее просто все устраивало: Игорь был спокойным и неконфликтным человеком, в обществе которого ей было очень приятно.
Он не мелочился, не цеплялся к ней по пустякам и, в принципе, мужчину тоже все устраивало: претензий к невесте у него не было!
Он не стремился улучшить ее внешность с помощью пластики, не предлагал ей сменить работу и всегда замечал новую прическу или маникюр.
А еще он получал неплохие деньги, работая менеджером по продажам и мог многое делать руками.
Любил ли он ее? Говорил, что любит. Все, в совокупности, делало его неплохим вариантом для семейной жизни.
Но не может быть, чтобы в таком огромном объеме меда обошлось без малюсенькой ложечки чего-нибудь нехорошего — куда же без этого-то?
Поэтому у Верочкиного Игоряши оказалось своеобразное чувство юмора.
Сейчас она уже, как бы, попривыкла: два года — это немалый срок! Но, по первости, девушка просто столбенела от его шуточек.
Впервые это произошло через пару месяцев после знакомства. Они тогда гуляли по парку и увидели хромающего паренька.
И тут Игорь нехорошо заржал — именно заржал, а не засмеялся — и произнес: Жеребенок-стригунок!
И посмотрел на Веру, предлагая посмеяться вместе удачной шутке.
— Ты сейчас это — серьезно? — изумилась девушка.
— В смысле — серьезно? — удивился и кавалер и добавил: — Я же пошутил!
— Я спрашиваю — ты серьезно сейчас пошутил? — повторила свой вопрос Вера.
— Как можно пошутить серьезно? — не понимал Игорь.
И Вера вдруг осознала, что он, действительно, не понимает, что так шутить нельзя: смеяться над физическими недостатками — низко и стыдно!
Но, видимо, это было недоступно состоявшемуся мужчине: Игорю, на тот момент, исполнилось двадцать девять.
Он смотрел на девушку ясным взглядом и искренне не понимал, из-за чего та рассердилась!
И как вовремя пришлась: парнишка, действительно, был похож на жеребенка, ступающего еще неверными ногами по земле.
Тогда они поссорились, но скоро помирились: Вере был очень симпатичен веселый, не заморачивающийся по пустякам, менеджер.
И она простила ему эту досадную оплошность: людей без недостатков не бывает! И понадеялась на то, что Игоряша сделает какие-то выводы из произошедшего.
Но Игоряша выводов не сделал: он оказался из тех людей, которые весело ржут, когда кто-нибудь падает! Кстати, подобным пестрит сегодня интернет — уже все в курсе.
А если еще при этом ломается что-нибудь из костей или мебели, так это, вообще — именины сердца: обор…жаться просто!
Так произошло и с ней, Верой, зимой: она поскользнулась на ледяной дорожке и упала, повредив руку — у девушки оказалась трещина лучевой кости.
А кавалер отреагировал в привычном для него ключе: весело заржал, глядя на нее, распластанную на раскатанном льду.
А еще начал озираться по сторонам, приглашая редких прохожих и ее, Верочку, посмеяться над прекомичной ситуацией, в которую попала его непутевая подруга! Ну, смешно же, Верунчик!
А Вере, лежащей на льду и смотрящей на веселящегося кавалера, некстати пришла на ум одна не очень хорошая шутка: я и в пост…ели веду себя, как жеребец: ржу, брыкаюсь, роняю навоз…
Тогда они были в ссоре около месяца: Вера даже не хотела его прощать!
Да он, собственно, извиняться и не собирался: Игорь, ни в коем разе, не считал себя виноватым.
В принципе, у него с критикой все было абсолютно нормально.
Нормально, пока это не касалось его чувства юмора: тут у неглупого мужчины начинало сбоить. И он искренне заблуждался и мнил себя великим остряком.
Причем, мужчина начинал гоготать, когда людям, действительно, становилось плохо: это вызывало у него какую-то неподдельную радость, что ли, плавно переходящую в восторг.
Так он вел себя со всеми: с друзьями и родными. Со знакомыми и чужими, абсолютно не делая между ними разницы и, не испытывая, видимо, никакой жалости по этому поводу.
— Слушай, а тебе ее не жалко? — спросила однажды Вера, услышав знакомый лошадиный смех по поводу того, что его беременную сестру бросил муж.
Игорь рассказывал это со смехом, как какую-то очень остроумную шутку. И, как обычно, взглядом предлагал разделить его веселье: ну смешно же!
— А почему я должен ее жалеть? — совершенно искренне удивился мужчина. — Ей всегда говорили, что они не пара — а она, зачем-то, поперлась за него замуж! Ну смешно же! К тому же зависть унижает, Верунчик!
Тогда она впервые подумала, что никогда не согласится выйти за него замуж. И что это — не своеобразный юмор, а какая-то жестокость, даже безжалостность по отношению к людям. А не просто отсутствие эмпатии, как сейчас говорят.
Тогда они, уже начавшие жить вместе, разъехались на два месяца. И Вера решила, что их отношениям пришел конец.
Но Игорь снова возник в ее жизни: это произошло пред самым Новым годом. И неожиданно попросил прощения. И она его простила: перспектива провести праздник в одиночестве не впечатляла.
После этого кавалер как-то притих. И больше уже не смеялся в ее присутствии над оплошностями и недостатками других.
И Вера расслабилась.
А когда он сделал ей предложение — подарил на 8 марта колечко — и вовсе согласилась выйти за него замуж.
А что — он же все принял к сведению! А в остальном, Игорь, как муж, был выше всяческих похвал.
Да, был — до сегодняшнего дня: когда ее окунули физиономией в торт — оказалось, люди со временем не меняются. И нечего от них этого ждать.
У одного писателя есть замечательная фраза: вышутиться окончательно. Видимо, с Игоряшей произошло то же самое.
Верочка скинула платье со следами крема на груди и пошла в душ. А там попыталась привести свои мысли в порядок: нужно было решать, что делать.
Хотя, что тут решать? Нужно было бежать, роняя тапки: ничего хорошего из этого брака не получится, хоть колесом ходи!
И, вообще — не нужно было изначально соглашаться!
После душа девушка включила телефон: он разрывался от пропущенных звонков — все волновались, куда она запропастилась так внезапно.
Ведь после торжества они должны были провести в первую брачную ночь в отеле, а наутро уехать в свадебное путешествие: все, как в лучших домах ЛондОна.
А какая брачная ночь без невесты, прощенья просим?
Вера позвонила родителям и лучшей подруге: «У меня все в порядке!» А потом призвала на помощь все свои знания о фильмах про сбежавших со свадеб невест: что дальше-то делать?
Обычно со свадьбы невесты сбегали к другому: другого у Веры в обозримом пространстве не было.
Но одна конструктивная мысль у девушки, все же, появилась: она заказала торт! Точнее, два: чтобы уж наверняка! Нет, не авторские, которые нужно длительно выпекать и украшать.
А два обычных Наполеона — свои любимые, между прочим: слоеные коржи с кремовой прослойкой — ведь слоеная выпечка прекрасно крошится.
А если все это слоеное благолепие с кремом да раскрошить на одежду, то может получиться очень даже неплохо: вот тогда, действительно, можно будет кому-то от души посмеяться!
И не нужно говорить, что это — некрасиво и даже непорядочно: очень милая и небольшая шутка! Специально для людей со специфическим чувством юмора.
Да, Игоряша? Тебе понравится!
Торты привезли быстро. Вера, на скорую руку, попила с одним кусочком чая — в ресторане-то не удалось! — и приступила непосредственно к поставленной перед ней задачей.
И неожиданно обнаружила, что это — очень приятно: в прямом смысле слова пакостить, размазывая липкое месиво по изнанке недешевого свитера и засовывая по комку массы в каждый носок.
Подобная участь постигла все вещи «любимого»: Игоряша постоянно баловал себя, покупая качественные шмотки. И у Веры скопился почти весь его гардероб: жить после свадьбы молодые намеревались у нее.
Последней была «накормлена» клавиатура ноут-бука: крем вперемешку с мелкой крошкой идеально заполнил все мельчайшие углубления между каждой кнопочкой — приятного аппетита, дорогой! Лизать тебе не перелизать…
Вещи и ноут были аккуратно упакованы в большой чемодан и оставлены в прихожей.
Муж появился через два часа вместе со своей мамой и с абсолютно не понимающим видом.
Они вошли с тем, что называют покер-фейс, и началось уже в прихожей:
— Куда это ты пропала, Верунчик?
Мы там сидим, ждем тебя тортик кушать, а тебя нет и нет! Мы-то думали, ты умоешься и придешь, а ты вон, что задумала!
Это как же прикажешь понимать? Это же вызов! У вас же, все-таки, брачная ночь и самолет утром.
А ты такие фортели выкидываешь — перед гостями стыдно! — последнюю фразу выдала свекровь.
Вера с изумлением смотрела на эту «сладкую парочку»: перед гостями им стыдно, а перед ней — нет!
Получалось, что Игорь так ничего и не понял. И за это вот она вышла замуж…
— Я подаю на развод! — сказала Вера. — Твои вещи — в чемодане.
— Как на развод? Почему? — изумился муж: у них же — все хорошо!
«Он еще и ту…пой!» — зло думала Вера, глядя на Игоря: мужчина, действительно, не врубался! А это уже — диагноз, дорогие вы мои…
— Когда нахохочешься вдоволь, жду в ЗАГСе! — произнесла на прощанье жена.
Нет, они не ушли гордо сразу, а пытались взывать к благоразумию, совестить, давить на жалость, сулить реки, полные вина, и стращать.
Но Вера молчала. И просто слушала весь это льющийся на нее поток сознания, как слушают шум воды или лай собаки, не в силах уже ничего изменить.
А потом и вовсе ушла, оставив новых родственников стоять в прихожей: вас двое, вот и разговаривайте между собой! Тем более, что общая тема о плохой жене у вас есть!
И только тогда они решились уйти, демонстративно громко гремя чемоданом на колесиках. Внутри которого их ожидал замечательный во всех отношениях сюрприз. И он им должен был обязательно понравиться: все, как ты любишь, «дорогой»!
Она ждала чего угодно — вещи-то испорчены! — но Игорь, неожиданно, даже не позвонил. И никто из его семьи ей не позвонил: видимо, что-то, все-таки, у них в головах щелкнуло.
«Вот и славненько!» — подумала Вера, вынося назавтра утром заляпанное платье на помойку: ну не стирать же его, честное слово!
Так закончилась эта история про один из самых коротких браков.
А после развода девушка почему-то позвонила тому самому таксисту. Да, оставившему ей тогда визитку и первому видевшему тогда ее по..зор: ей захотелось сообщить ему первому и о разводе.
Почему бы и нет?
— Вас куда-то отвезти? — после небольшого молчания поинтересовался мужчина, выслушав от понравившейся ему девушки радостную новость. — В кафе, например? Нужно же это отметить — я приглашаю!
И Вера согласилась. И они пошли в кафе, где вкусно поужинали. А закончили вечер кофе со вкусным тортом Наполеон: он по-прежнему, оставался у Верочки самым любимым.
А лайфхак с тортом можете взять на вооружение, девочки! Ведь всегда найдутся те, кто сочтет окунание физиономией в свадебный торт суперсмешным: не перевелись еще «умники» и «остроумцы»!
И не благодарите: женская солидарность — штука серьезная, что бы там о ней не говорили. А лучше всего для этого подойдет Наполеон: проверено…
