Юля любила Артема искренне. Не так, как любят в кино — с закатами, поцелуями под дождём и саундтреками. А по-настоящему. Когда человека знаешь сто лет и, несмотря на его храп по ночам и разбросанные носки, готовишь ему завтрак. Когда злишься и думаешь, что если можно было бы убить и не сесть за это за решетку, ты бы его придушила, но тут же бежишь ночью в аптеку за таблетками. Когда твердо знаешь, что он твое все. Ее чувство к нему было глубокое и незыблемое.
Они были знакомы с пятого класса. В тот самый момент, когда он зашел с директором и его посадили с ней за одну пару, она пропала. Нет, у них не было идиллии, они могли даже подраться в школе, но после учебы неизменно Артем провожал ее до дома. Даже поступление в разные городах не изменило ничего. Он приезжал к ней на выходные за триста километров. Она сдавала сессии и мчалась к нему на электричке.
Свадьба была скромная. Денег на банкет не было, гуляли на даче у Артёмовых родителей. Ведь у них была цель — купить квартиру. Да, первые годы были тяжёлые. Они снимали квартиру, откладывая все, что получалось, на первый взнос. Кино, кафе, доставка — это не про них. Но это было нормально. Потому что есть общая цель и безграничная любовь.
Спустя время они наконец-то взяли квартиру. Двушку в новостройке. Через год она забеременела. Роды были тяжёлые. Юля провела в родзале четырнадцать часов. Ей казалось, что она там и умрет. Карательная гинекология, как сказала ей однажды подружка.
Сына назвали Мишей. В честь отца Артёма, который умер за месяц до рождения внука. Началось то счастливое время, которое гордо именуется декретным отдыхом. От отдыха там не было ничего от слова «совсем». Первые месяцы Юля почти не спала. Ребёнок был беспокойный: то животик, то зубки, то просто непонятные крики всю ночь. Она валилась с ног. День сурка? Это про нее. Она превратилась в робота, который постоянно кормил, качал, менял подгузники, мыл, гладил, стирал. Ей было страшно смотреть на себя в зеркало: чужое лицо с кругами под глазами и вечно собранный на затылке сальный хвост.
Муж честно ей помогал. Возвращался с работы, сразу же шёл мыть посуду. Потом убирался в квартире, пока Юля пыталась принять душ или что-то приготовить. Помогал ей купать сына. По ночам вставал с ней по очереди, давая жене хоть немного поспать.
Юля его за это обожала ещё сильнее. Потому что знала истории подруг, которые после декрета подали на развод. Мужья делали вид, что ребенка не существует, еще и грызли жен за бардак дома и отсутствие обеда из трех блюд и танцев около барина по вечерам. Ее муж не такой.
И всё было хорошо. Почти. Потому что спустя полгода после рождения сына муж стал задерживаться на работе. Сначала она не обращала на это внимания. Подумаешь, начальник задержал, дело срочное. Мало ли что. Но задержки стали все чаще и чаще.
Юля сидела вечером с Мишей на руках, смотрела на часы и считала минуты опоздания. Поздно вечером, практически ночью, Артём вваливался домой. Уставший, замученный, но моментально начинал делать дела по дому. С одной стороны, может быть, действительно работает, со второй стороны, почему только сейчас стал задерживаться.
Она бы так и жила в неведении, если бы не пожаловалась маме. Та моментально встрепенулась и пробуравила взглядом насквозь:
— Юля, ты что, слепая?
— В каком смысле?
— У него любовница.
Юля чуть не подавилась чаем. Поперхнулась, закашляла, Миша на руках у нее моментально, почувствовав настроение матери, захныкал.
— Мама, ты с ума сошла. С чего ты взяла?
— С того. Поживи с мое, поймешь. Мужчина начинает задерживаться на работе — значит, него появилась баба. Старая истина. Рассказать, какой процент разводов в период декрета? Мужчины любят глазами. Здесь ты, лохматая и замученная, а на работе молоденькая нимфа в обтягивающем платье.
— У него на работе мужской коллектив, — растерянно сказала Юля.
— И что? — загадочно ответила мама. — Я думаю, хоть одна вертихвостка найдется. Не жди, пока он махнет тебе ручкой и скажет: «Прости, я ухожу». Действуй.
Все, этого хватило, чтобы Юля пересмотрела свое отношение к задержкам мужа. Она, разогревая поздно вечером ужин, теперь буравила взглядом Артема в поисках признаков измены. Он какой-то другой? Нет. Всё так же целует, всё так же спрашивает, как прошёл день, всё так же возится с Мишей. Но мамины слова засели в голове.
— Артём, ты где был сегодня? — спросила она как-то, не выдержав.
— На работе, — он удивился. — А где ещё?
— Просто ты поздно.
— Сменщик заболел, пришлось перекрывать. Юль, не начинай.
— Я не начинаю, — обиделась она. — Просто спрашиваю. Раньше ты не задерживался.
— Раньше было раньше.
Через несколько дней Юля не выдержала. Дождалась, пока муж уснёт, взяла его телефон. Пароль она знала: день их свадьбы. Открыла мессенджеры, проверила список чатов. Коллеги, начальник, общий чат с друзьями по игре. Потом полезла в контакты. Женские имена были: Ирина (бухгалтер), Наталья (секретарша), Елена (откуда-то с работы). Диалоги короткие: «Отчёт скинь», «Завтра совещание в десять», «Скинь номера накладных». Ничего личного. Ни смайликов, ни вечерних «спокойной ночи».
Юля выдохнула. И тут же поймала себя на мысли: «А вдруг он чистит переписку? Он же не идиот все оставлять»
На следующий день она позвонила маме и рассказала, что ничего не нашла.
— Значит, чистит, — уверенно сказала та.
— Мама, он же не шпион под прикрытием.
— Сними розовые очки, Юля. Ты молодая, глупая. Почитай форумы, увидишь, как бывает.
Она прочитала и пришла в ужас. Предают, и еще как. Врут нагло, цинично. Теперь она стала проверять не только телефон, но и карманы. И придираться к Артёму по мелочам.
— Ты почему вчера не позвонил, что задерживаешься?
— Что за проект там у тебя?
— Ты на меня совсем не обращаешь внимания, даже не заметил мою новую помаду.
Артём не понимал, откуда взялся этот ветер перемен. Ещё месяц назад Юля была спокойной, улыбчивой, целовала его на прощание. А теперь постоянно сжатые губы, поднятые брови, голос как натянутая струна.
— Юля, что происходит? — спросил он прямо.
— Ничего.
Она не могла сказать: «Я считаю, что ты мне изменяешь, но пока доказать не могу». Это звучало бы глупо и страшно. Потому что если она права — жизнь рухнет. Однажды она не выдержала и закатила скандал. Со слезами, криками и хлопаньем дверью.
— Ты мне изменяешь! — закричала она, когда Артём пришёл в двенадцатом часу вечера.
— Что? — он застыл на пороге с пакетом продуктов. — Юля, ты чего?
— Не притворяйся! Я всё знаю! Ты каждый день где-то шляешься! Не на работе ты! А у неё! Где она живёт? Кто она?
Артём поставил пакет на пол. Снял куртку. Посмотрел на жену долгим, усталым взглядом.
— Юля, успокойся. Никакой любовницы у меня нет. Никогда не было и не будет. Я работаю, я сто раз тебе это говорил.
Юля ему не верила. Она достаточно прочитала. У одной муж ушел к молодой спустя тридцать лет брака, у второй гулял полгода, пока она не поймала. У третей вообще пятеро детей, а муж сказал: «Я устал от этой рутины» — и хлопнул дверью.
Почему с ней должно быть по-другому? Потому что Артём не такой? Но внутренний голос шептал: они все такие. И она решила, что после дня рождения подаст на развод. Близился её юбилей, и они всегда отмечали его в домашней обстановке. Так и планировалось сейчас.
— Артём, в субботу у меня день рождения, — напомнила она. — Придут мои родители и твоя мама.
— Я помню, — сухо ответил он. — Я только съезжу по делам.
— По делам в мой день рождения?
— Юля, не начинай. Пожалуйста.
Она замолчала. Но внутри закипала злость. В день рождения — и то куда-то сваливает. Точнее, что значит куда? К любовнице.
В субботу она нарядилась. Надела красивое платье, накрасилась, сделала причёску. Гости приехали, мужа нет. Красота. Психанув, решила начинать без него. Только вот в дверях заворочался ключи и зашел Артем. Подошёл, взял её за руку и подошел к окну.
— Выгляни.
Она смотрела на стоянку и у нее потекли слезы. Ярко-красная маленькая машинка с большим бантом.
— Это… это мне? — спросила Юля шёпотом.
— Тебе, — Артём улыбался. — Давай сядем, я всё расскажу.
Они сели за стол. Артём открыл шампанское, разлил по бокалам. Все заопладировали, заохали.
— Откуда деньги? — не выдержав, спросила она поздно вечером, когда гости разошлись.
— Я подрабатывал, — сказал Артём. — Полгода. Сначала мойкой машин, потом курьером, иногда в сервисе у знакомого отца. Еще мама доложила, у нее были накопления.
— Но ты же каждый день задерживался…
— Да. Я задерживался. Потому что работал. И не говорил тебе, потому что хотел сделать сюрприз, — он вздохнул. — Я тебя действительно люблю. У меня есть только ты и так будет всегда. Мне никто не нужен.
— Артём, прости…
— Я понимаю, ты устала. Ребёнок, декрет, денег нет. Детская поликлиника далеко. Ты вечно на автобусе или такси. А своя машина — это свобода. Но просто верь мне…
Юля всхлипнула, Артем ее поцеловал. Стыд накрыл её с головой. Как она могла? Как она могла поверить маме, а не мужу? Как могла устраивать скандалы, проверять телефон, думать о разводе? А он в это время подрабатывал, чтобы купить ей подарок. Иногда надо верить в любовь.
