— Ах ты, мерзавка! — Зоя Викторовна кинулась на Таню с кулаками. — Да я сейчас твои наращенные космы повыдергиваю!
Слова вмиг подтвердились делом. Зоя Викторовна вцепилась в волосы невестки мертвой хваткой.
— Мама, ты что творишь! — на помощь супруге поспешил Николай. — Отпусти ее! Что вообще на тебя нашло?
— Сынок, посмотри, что твоя ненаглядная сделала! Глянь на мои волосы! — Зоя Викторовна обмякла, рухнула на стул, убрала полотенце с головы и зарыдала. — Они же стали как мочалка! И кожу жжет так, что просто кошмар. Это Танька твоя что-то подлила в шампунь!
— Я? В ваш шампунь? — Таня вытаращила глаза. — Вы в своем уме?
— Не в мой, а в свой! — на голубом глазу возмутилась Зоя Викторовна.
— Во-первых, со своей косметикой я могу делать что угодно. А во-вторых, почему вы берете ее без спроса? Да, я добавила в свой шампунь средство для удаления волос. У меня чувствительная кожа, так легче переносится процедура. Но я не собиралась мыть им голову.
— А мне сказать не могла?
— Если бы вы спросили, то обязательно бы сказала!
— Так, отставить ругань, — наконец-то вмешался Николай. — Это обычное недоразумение!
— Нет, твоя жена нарочно это сделала, — не унималась Зоя Викторовна, — пожалела капельку шампуня!
— Мама, ну что ты такое говоришь. Это нелепая случайность. Сейчас Таня подберет средство, чтобы хоть как-то помочь твоим волосам.
— Нет уж! Хватит! Лучше пойду в парикмахерскую. И ты, сыночек, оплатишь мне все необходимые процедуры.
Татьяна промолчала. Но внутри все кипело. Очень удобно выставить ее виноватой, а потом требовать деньги на посещение салона. Может, теперь Коля поймет, что его мама далеко не ангел.
И да, Татьяна это планировала! Она давно заметила, что ее косметика — дорогая, между прочим — чудесным образом испаряется. Почему не заподозрила Колю? Потому что он пользовался одним мылом для всех частей тела. А вот Зоя Викторовна, которая до хрипоты доказывала, что крем за пятьдесят рублей ничем не хуже того, что за пять тысяч, без стеснения баловала себя чужим.
Теперь будет знать. Хорошо, что Коля был рядом. Ведь именно он уговорил Таню переехать к свекрови. Мол, если есть просторная трешка, зачем ютиться в съемной однокомнатной квартире. Николай заверил, что с Зоей Викторовной не будет проблем. Он ведь всегда считал маму святой! И вдруг ее образ стал чуть-чуть приземленнее.
— Представь, что сотворила эта нахалка, — жаловалась Зоя Викторовна парикмахеру, и по совместительству своей подруге. — Не думала, что сыночку такая стервоза попадется.
— Сочувствую. Кстати, с волосами не все так плохо. Но придется немного укоротить, изменить прическу. И с окрашиванием лучше повременить.
— Ты с ума сошла! На выходных Валентин Иванович пригласил меня в театр. Не хочу пугать его сединой… Ох и невестушка, ох и услужила…
— Зачем вы съехались?
— Знаешь, когда жили раздельно, казалось, что Таня — идеальная невестка. А как только она сюда переехала — начала устанавливать свои порядки. Оказывается, шестьдесят лет я жила неправильно. В своем-то доме! Сама уже жалею, что предложила им ко мне перебраться. Хотя нет! Коля пусть бы оставался. Но без Тани.
— Так поговори с сыном. Его ненаглядная должна принимать твои правила. Со своим уставом, как говорится, в чужой монастырь не лезут.
— Он ничего не хочет слышать. Вот сегодня даже не подумал за меня заступиться. Наоборот — Таню поддержал. Ну и ладно, я придумаю, как отомстить.
Всю дорогу до дома Зоя Викторовна обдумывала план мести. Но ничего толкового в голову не приходило. Так, лишь мелкие пакости. Ну да ладно, с чего-то надо начинать.
Зоя Викторовна тихонько открыла входную дверь. Дома никого нет. «Ну что, самое время мстить. Так, что это за баночка? Ага, крем для лица с коллагеном и пептидами. Фирменный, дорогой. Как раз для моих кожаных туфелек подойдет. Нельзя же в театр в нечищеной обуви идти. Сначала лучше на лицо намажу. За такие деньги крем должен омолодить минимум на двадцать лет!»
***
— Коль, давай что-то решать с твоей мамой, — не унималась Татьяна. — Она явно не в порядке. Ты же сам это видел.
Они шли домой из магазина и продолжали спорить. Николай в упор не видел проблемы — подумаешь, у каждого свои причуды. Но Таня настаивала: ей нужен комфорт и безопасность. А что будет, если Зоя Викторовна тайком начнет пользоваться ее нижним бельем?
— Это ты уже совсем утрируешь, — возразил Николай, отпирая входную дверь. — Батюшки-святы! Мамочка, что с тобой?
В прихожей стояла заплаканная Зоя Викторовна. Ее лицо стало красным, как вареная свекла. Лоб, щеки, подбородок — все было усыпано мелкими красными пузырьками.
— Смотри, что твоя жена опять со мной сделала, — Зоя Викторовна разрыдалась.
— Да что ж такое, — нервно засмеялась Таня, — меня даже дома не было!
— Ты что-то подмешала в крем, — Зоя Викторовна протянула злосчастную баночку сыну. — Смотри, Коленька, там крупинки какие-то. Я думала это и есть пептиды!
— Мам, ты снова взяла что-то без спроса? — удивился Николай. — Только сегодня испортила волосы и опять за свое…
— Да откуда я знала, что она вообще все изгадит!
— Ничего я не изгадила, — возмутилась Татьяна, — мой косметолог посоветовал добавить в крем щепотку белого молотого перца.
— Врешь, нормальный косметолог такого не посоветует! Ты это специально! Знала, что у меня аллергия!
— Значит, мой специалист — ненормальный. Я не собираюсь оправдываться. Вы уж к своим почтенным годам должны знать, что чужое без спроса брать нельзя.
— В моем доме — все мое!
Татьяна едва сдерживала смех. Конечно, никто ничего ей не советовал. Она хотела проучить свекровь по полной. Вот и испортила всю косметику, которая находилась в общем доступе. Перец в креме должен был слегка жечь нежную кожу лица. А про аллергию Таня и правда не знала. Но так даже эпичнее получилось.
— Мам, ну правда, — Николай снова занял позицию жены, — тебе же не шесть, а шестьдесят. Давай я сгоняю в аптеку за таблетками от аллергии.
— Ничего мне от вас не нужно! — выпалила Зоя Викторовна и закрылась в своей комнате.
Почему она чувствует себя чужой в собственном доме? Это не возьми, то не трогай. Еще и сама предложила жить всем вместе!
Зачем? А потому что одной было невыносимо тоскливо. Все подруги нянчили внуков, а Коля решил не спешить с детьми. И как ей прикажете развлекаться? Сериалы целыми днями смотреть? Надоело! Вязание жилеток? Тоже не вариант. А так хоть с кем-то поговорить — уже легче.
Правда, теперь у нее есть компаньон. Они познакомились на поэтическом вечере. После мероприятия Валентин Иванович предложил проводить Зою Викторовну до дома. Всю дорогу читал стихи — и современные, и классические. Новый знакомый оказался большим ценителем искусства и человеком с тонкой душевной организацией.
Вот, пригласил в театр. Только как теперь идти на свидание? Валентин Иванович, конечно, мужчина тактичный, ничего не скажет. Но вряд ли потом перезвонит. Нельзя рисковать и показываться в таком ужасном виде.
Из-за этой Таньки и ее происков сорвалась такая встреча!
***
— Мамуль, как ты себя чувствуешь? — Николай хоть и стоял за жену, но за мать тоже серьезно переживал. — Может, отвезти тебя к врачу? Аллергия — это не шутки.
— Ну, кстати, выглядите вы уже лучше, — соврала Татьяна: лицо свекрови все еще было ярко-красным, а волосы больше походили на распушившийся одуванчик. — Но впредь спрашивайте, перед тем как что-то на себя намазать.
— А еще лучше напиши список, — Николай решил смягчить слова Татьяны, хотя полностью разделял ее мнение. — Мы с Танечкой купим все, что пожелаешь. И не переживай о цене.
— Мне подачки не нужны, — Зоя Викторовна злилась и не скрывала этого. — Я сама могу себе купить все, что захочу. Мне просто хотелось попробовать что-то новенькое. Но раз Танечка такая жадная, то я больше ничего не возьму. Да и случая не будет.
— Почему?
— Я хочу, чтобы вы съехали. И чем быстрее — тем лучше.
— То есть как? — Николай не ожидал такого поворота. — Ты нас выгоняешь?
— Да, выгоняю. Это пока моя квартира, и я хочу жить здесь в комфорте. А вы мне мешаете.
— Вас не понять, — вмешалась Татьяна. — То вы требуете, чтобы мы переехали сюда. Теперь выгоняете. Может, все-таки нужно вам проверить голову?
Внутри она ликовала! Наконец-то добилась своего. Лучше платить за аренду съемного жилья, но зато быть единственной хозяйкой на кухне.
— У меня появился мужчина. Может, со временем мы будем жить вместе, — сказала Зоя Викторовна.
— Мам, ты в своем уме? Какой мужчина на старости лет?
— Добрый и порядочный! А старость — не приговор. Хотите мне жизнь испортить? Я не позволю, выметайтесь!
— Да я лучше на вокзале буду ночевать, чем с умалишенной свекровью останусь под одной крышей! — Татьяна не стеснялась в выражениях — так у мужа не будет соблазна вернуться.
— Неожиданно, конечно, мамуль…
Николай пожал плечами. Зою Викторовну он любил, но и в этот раз Таня была права: с мамой творилось что-то неладное.
Они съехали на следующий день. Пусть Зоя Викторовна живет как пожелает.
А та и рада. Вечером приготовила свою фирменную фаршированную щуку и пригласила в гости Валентина Ивановича.
— Представляете, какими эгоистичными оказались сын с невесткой. Говорят, выжила из ума на старости лет! Ну разве шестьдесят — это старость? — жаловалась Зоя Викторовна за ужином.
— Ну что вы! — возмутился Валентин Иванович. — Вот мне почти семьдесят, а я чувствую себя мальчишкой!
— И я о том же… Валентин… — Зоя Викторовна замялась, — …Иванович, а раз мы оба молодые, может, не будем ходить вокруг да около? Сколько тут той молодости осталось…
— Знаете, Зоя Викторовна, я тоже об этом думал. Но должен быть честным. Через два месяца переезжаю к детям в Смолино. Вряд ли они обрадуются, если я буду не один.
Зою Викторовну словно кипятком ошпарили. Получается, она ради своего счастья родного сына из квартиры выгнала, а этот нахал теперь заявляет, что уедет!
— В таком случае нам не о чем больше говорить, — Зоя Викторовна жестом попросила гостя уйти.
— …но я могу остаться, если вы уверены в своем решении.
— В самом деле?..
— Да, Зоя. Вы глубоко тронули мое сердце…
Зоя Викторовна наконец-то была счастлива. Через неделю Валентин Иванович переехал к ней. Только Николай не принял выбор матери. Ну и пусть! Она заслужила любить и быть любимой, независимо от чужого мнения.
Они прожили душа в душу два года, пока Валентина Ивановича не стало.
А отношения с сыном и Таней так и не восстановились. Николай звонил редко, приезжал еще реже. Но она не жалела. Значит так и должно было случиться.
