Арина росла умной домашней девочкой. Мама врач, у папы свой небольшой бизнес — нормальная дружная семья. Раз в год ездили в Европу, летом обязательно отдыхали на море.
Родители любили единственную дочь и баловали. Училась Арина хорошо. Мама хотела, чтобы дочь после школы пошла по её стопам и поступила в медицинский институт, а папа склонял дочь поступить в политехнический или юридический, стать преемницей его бизнеса. Отец души не чаял в умнице и красавице дочери.
Но Арину не привлекали ни медицина, ни технические науки, тем более юриспруденция. Она хотела быть переводчиком. Что ж, тоже неплохо. Родители не стали препятствовать, наняли репетиторов для дочери и после школы та благополучно поступила в университет на факультет иностранных языков.
Всё было хорошо, пока на втором курсе Арина не влюбилась. Мама поняла это по музыке, которую начала слушать дочь. Раньше из её комнаты доносились современные популярны песни, Арина танцевала под них перед зеркалом. Теперь же через дверь её комнаты рвались чудовищные хриплые голоса под гремящую музыку рока.
— Как ты можешь это слушать? Сделай потише или надень наушники, — просила мама.
— Ты ничего не понимаешь. Это жизнь, движение, драйв! – отвечала дочь.
— Откуда такой интерес к року? Или к одному их его фанатов?
Но дочь не слышала маминого вопроса, она уже воткнула в уши наушники.
— Оставь её. Она молодая, это пройдёт, — защищал отец дочь. Своей любимице он даже рок прощал.
— Ты куда опять собралась? Я думала, что поможешь мне с уборкой, — спросила в субботу мама, увидев, как Арина наносила блеск на губы перед зеркалом в прихожей.
— В следующий раз, ладно? Я уже опаздываю.
— В кино?
— На концерт.
— В этом? – На Арине были надеты рваные джинсы и толстовка.
— Концерт на улице. Там все так одеваются. Всё, мам, я пошла. – Арина выскочила из квартиры прежде, чем Галина успела напомнить, чтобы вернулась не очень поздно.
Арина всё меньше сидела за учебниками и всё чаще по вечерам её не было дома.
— Как концерт? – спросила на следующий день Галина. – Какую группу слушали?
— Ты не знаешь… — И дочь произнесла какую-то абракадабру вместо названия группы.
— Это какая-то зарубежная?
— Нет, наша. В ней Гарик играет.
— Кто такой Гарик? Музыкант? Это твой друг? Познакомишь нас с ним?
— Да. Как-нибудь, — пообещала дочь и ушла в свою комнату.
Знакомство произошло через неделю. Дочь пришла домой вместе с высоким парнем с длинными волосами, привлекательным лицом и в видавшей виды одежде.
— Это Гарик, — радостно сообщила Арина, обхватив руку парня и прижавшись к нему, как хрупкий росток к стволу тополя.
— А по паспорту, как вас зовут? – спросила Галина.
— По паспорту его зовут Игорь, но Гарик интереснее, — сообщила за парня дочь.
Галина быстро накрыла стол к чаю, поставила красивые парадные чашки с блюдцами. Вёл себя Гарик-Игорь вызывающе, даже дерзко, будто не родители ему смотрины устроили, а он им. Дочь льнула к нему даже за столом, а он словно и не замечал этого.
— Вы с Ариной вместе учитесь? – спросила Галина.
— Я нигде не учусь. Я музыкант, — с вызовом ответил Гарик-Игорь.
— Да, Арина говорила, что у вас своя группа. Играете рок, как я понимаю? И где вы выступаете?
— Где придётся, вернее, куда пригласят. В домах культуры, в ресторанах, на улице.
— На улице? То есть вы живёте на те подаяния, которые зарабатываете на уличных концертах? – вступил в разговор отец.
— А что в этом плохого? Все знаменитые музыканты начинали играть в метро и на улице, — напыщенно заявил парень.
— А ваши родители тоже музыканты? – поинтересовалась Галина.
— Нет. К чему эти вопросы? А, понял. Вы пытаетесь понять, подхожу ли я вашей дочери по статусу? Нет, не подхожу. Мама работает парикмахером, а отца у меня нет, — с вызовом сообщил Гарик-Игорь. — Я же предупреждал тебя, — сказал он Арине, не понижая голоса. – Спасибо за чай. — Гарик-Игорь высвободил свою руку из Арининых рук и встал, дурашливо поклонился и направился к двери.
Арина вскочила, собираясь идти за парнем.
— Сядь! – прикрикнул на неё отец, и она снова села. – Я сам его провожу. – Владимир вышел в прихожую, вскоре хлопнула входная дверь. Мать с дочерью переглянулись.
— Он не понравился вам, — обижено сказала Арина.
— Почему же? Симпатичный, дерзкий, наглый «плохой мальчик». А ты добрая хорошая девочка. Я понимаю тебя, ты очарована его дерзостью, уверенностью в себе. Но вы слишком разные. Он разобьёт тебе сердце, хорошо, если не жизнь…
— Мама! – перебила Арина мать. — Я уже взрослая, сама знаю, что и кто мне подходит.
— Правильно, своё мнение нужно отстаивать. Он откуда? В общежитии живёт? – спокойно спросила Галина.
— Нет, когда у друзей ночует, когда к матери ездит. Она живёт в области.
— И где же вы с ним познакомились?
— На улице, он играл с ребятами. Он очень талантливый, просто у него нет денег, чтобы раскрутиться.
— И для этого он познакомился с тобой? – усмехнулась Галина.
— Мама, ты его не знаешь…
— О чём спорите? — В комнату вошёл Владимир. Мать и дочь уставились на него с одинаковым выражением ожидания на лицах.
Владимир сел не за стол, а на диван.
— Я запрещаю тебе встречаться с этим парнем, — твёрдо завил он дочери.
— Он сказал то же самое, когда я пригласила его к нам, — усмехнулась Арина. — Если у него нет денег, это не повод запрещать мне видеться с ним. Ты говорил, что у тебя тоже не было денег, когда ты начинал свой бизнес.
— Да, но я учился, работал, а не стоял на улице с протянутой рукой. У него ничего нет за душой. Когда я спросил, куда он собирается привести жену, знаешь, что он мне ответил? Что если я переживаю за дочь, то должен купить ей квартиру. Наглец! Хочет жить за чужой счёт. Я своими руками заработал на квартиру и машину, копейки не взял у родителей. Я запрещаю тебе, слышишь? Чтобы ноги его не было в нашем доме! – Владимир поморщился и потёр ладонью левую строну груди.
— Ах так! – Арина вскочила со стула и хотела уйти, но Галина успела удержать её за руку.
— Не делай глупостей. Мы твои родители, мы хотим тебе добра…
Арина вырвалась из рук матери.
— Он тебе не пара. Я не допущу, чтобы дочь Владимира Соболевского стояла на улице и собирала в шапку деньги с прохожих, – произнёс Владимир, поморщившись. – Я всё для тебя… Чего тебе не хватало, скажи?
— Свободы. Мне надоело, что вы за меня всё решаете. – Глаза Арины заблестели от слёз.
— А разве мы не давали тебе свободы? Хотела поступить на иняз — пожалуйста. Хотела поехать на Кубу? Мы ездили на Кубу в прошлом году. Далеко не у всех твоих подруг есть то, что есть у тебя… — Голос Владимира сорвался, он снова схватился за сердце.
— Володя, что? Дать таблетку, «скорую» вызвать? – бросилась к нему Галина.
— Вы не понимаете меня, не слышите! – Арина ушла в свою комнату, хлопнув дверью.
На следующий день, когда Галина пришла с работы, на кухонном столе лежала записка, в которой дочь сообщала, что ушла к Гарику, что не может без него жить. Галина скомкала её и выбросила в мусорное ведро.
— А где Арина? – спросил Владимир за ужином. – Опять с этим?
Галина не выдержала, расплакалась и рассказала про записку. Владимир снова прижал руку груди, а Галина кинулась за таблетками.
— Ничего, нагуляется, вернётся, паршивка, — сказал он, когда боль в сердце утихла.
Но прошло три дня, а Арина не возвращалась, не звонила. Её телефон был недоступен. Галина отпросилась с работы и пошла в университет, нашла аудиторию, где занималась группа дочери.
— Девочки, Арина Соболевская в вашей группе учится? – спросила она девушек, выпорхнувших из аудитории после звонка.
— Да. Она что, заболела? – спросила одна из них.
— Её уже три дня нет на занятиях, — сообщила вторая.
Галина не верила своим ушам.
— А парня её, Гарика, вы знаете?
Девушки переглянулись, но промолчали.
— А с кем из вас Арина дружит?
— Раньше дружила, до того, как появился этот Гарик. Она только о нём и говорила, — виновато потупилась одна из девушек.
— Девочки, если Арина позвонит кому-то из вас, скажите ей, чтобы домой позвонила, мы с отцом переживаем за неё.
Галина шла домой, как пьяная. И что делать? Где искать дочь? Не в полицию же идти? А почему нет? И она пошла в отделение полиции, сказала дежурному, что у неё пропала дочь.
— Когда пропала, сколько лет?.. – стал расспрашивать дежурный. — В заявлении подробно опишите, в чём была одета, особые приметы…
— Вы не так поняли. Она оставила записку, что ушла к парню, — сказала Галина.
— Женщина, что вы мне голову морочите?! Она совершеннолетняя, ушла добровольно, нагуляется и вернётся. Лучше надо было воспитывать свою дочь. – Дежурный потерял интерес к Галине и уткнулся в документы на своём столе.
Она поняла, что в полиции ей не помогут, нужно искать дочь самой. Но где? Если бы Арина ходила в университет, можно было бы подкараулить её, поговорить, или проследить за ней, выяснить, где живёт.
Через два дня позвонила девушка из университета и сказала, что Арина приходила на занятия.
— Она уехала на такси, я слышала, как она назвала адрес…
Галина еле дождалась окончания рабочего дня, взяла такси и поехала по названному девушкой адресу. Двухэтажный дом казался заброшенным. Галина рассматривала пустые окна, ничего не понимая.
— Вы кого-то ищите? – окликнула её пожилая женщина. — Дом идёт под снос, его уже расселили. Крутилась тут молодёжь недавно, музыка у них громко играла по ночам. Полиция разогнала их.
Галина вернулась домой ни с чем. Вечером Владимиру снова стало плохо. На «скорой» его увезли в больницу с подозрением на инфаркт. Из больницы Галина вернулась в пустую квартиру, металась по комнатам, не зная, что делать. Ей казалось, что если она найдёт дочь, то Владимиру станет легче, он сразу поправится. Но где её искать? Она снова пошла в полицию. Заявление приняли, но ничего не обещали.
Через три дня Владимир умер. Как Галина выдержала, сама не знает. До последнего надеялась, что Арина почувствует, узнает и придёт на похороны. Но дочь не пришла.
Галина престала спать по ночам. Она то плакала перед портретом мужа в рамке, то просила кого-то помочь найти её дочь, просила забрать её к мужу, то звала в ночи Арину…
— Неужели этот парень ей дороже нас? Ты ушёл, я уйду, а она и знать не будет. Мы же всё для неё делали, любили. За что она так с нами? Может, мы, правда, в чем виноваты? Не так воспитали? А, я знаю, этот парень настроил её против нас… — разговаривала она с портретом мужа. Он виновато улыбался ей в ответ.
А через два месяца в квартире раздался звонок. Галина почему-то сразу поняла, почувствовала, что это Арина. Сердце толкнулось с силой в грудину, подгоняя её. Галина вышла в прихожую и распахнула дверь.
— Мама… — дочь кинулась к ней, уткнулась в плечо и зарыдала.
— Я ждала тебя… Всё хорошо… Ты дома… Не плачь… — приговаривала Галина, гладя по спине свою непутёвую дочь, а у самой по щекам текли слёзы.
Наконец, кое-как успокоила её, привела в комнату, усадила на диван.
— Папы нет? – окинув комнату, спросила Арина.
— Папа умер два месяца назад. Я не знала, как тебе сообщить.
Арина снова захлебнулась рыданиями.
— Прости меня, мамочка. Что я наделала…
— Папа встречался с твоим Игорем или как его…Он с друзьями играл на набережной. Хотел поговорить с тобой. Но Игорь нагрубил ему…
— Гарик ничего мне не говорил, — растерялась Арина.
— Ты бы хоть позвонила. Университет бросила. Он запудрил тебе мозги. Не отпускал тебя к нам? – Галина говорила спокойно и всё гладила дочь.
— Он боялся, что я не вернусь к нему. У меня телефон украли. – Арина низко склонила голову.
— Иди в ванную, а то выглядишь ты… Я пока поесть приготовлю.
Арина вышла из ванной румяная, чистая, в своём махровом халате. Быстро поела, да так и уснула с тюрбаном из полотенца на голове. А Галина сидела рядом, радуясь, что дочь вернулась, и приговаривала тихо:
— Всё пройдёт, всё наладится, всё забудется… Видишь, Володя, вернулась наша дочка, спи спокойно…
Позже Арина рассказала, что надоела Гарику и он стал встречаться с другой девушкой. Она оформила академический отпуск до конца учебного года. Галина устроила её к себе в больницу санитаркой.
Жизнь налаживалось. Вот только сердце Галины было неспокойно. Как уберечь дочь от новых ошибок? Слишком дорогой ценой приходится за них платить…
«Воплощённые в жизнь книжные каноны разбились на мелкие осколки от удара о тяжёлую реальность, и теперь они навсегда останутся колючим напоминанием в сердце, что плохие парни хороши только в романах»
Алекс Хилл «Она любит плохих парней»
«Женщина должна любить плохого мужчину один или два раза в своей жизни, чтобы быть благодарной за хорошего»
Элизабет Тейлор.
