Кристина открыла глаза за пять минут до будильника. С трудом встала, потянувшись. Ноги казались ватными, в висках пульсировала тупая боль. Она подошла к зеркалу и невольно отвернулась. Женщина в отражении смотрела на неё уставшими, потухшими глазами. Под глазами залегли синие тени, кожа приобрела сероватый оттенок. Губы плотно сжаты в тонкую линию.
Да, надо быть честной перед самим собой. Ее организм ночью совершенно не отдыхал, и она ощущала себя так, будто на ней воду возили.
— Андрей, вставай.
Ответа не последовало. Кристина повернула голову, и обнаружила, что в кровати никого нет. Наверное, и на кухне не будет никого.
— Наверное, опять задержался на работе», — подумала она, хотя в глубине души знала правду. Знала, но отрицала.
Вздохнув, натянула халат и пошла будить сына. Семилетний Егор уже сидел на кровати, растрепанный и сонный, но улыбался.
— Мам, а мне сегодня приснилось, что мы поехали на море! И там были дельфины!
— Это хороший сон, — Кристина присела на край кровати и обняла его. — А ну-ка, быстро чистить зубы и завтракать. В школу опоздаем.
— Папа нас завезет?
— Нет, сами доберемся. Папа на работе.
Она ненавидела врать сыну. Но что она могла сказать? Что его отец ночует у другой женщины? Что уже пять лет этот брак существует только на бумаге? Поэтому она пошла на кухню, включила чайник. Руки дрожали, когда она доставала из холодильника йогурты. Внезапная боль скрутила ее, и она с трудом осталась стоять на ногах. Да, желудок снова дал о себе знать, хотя физическая боль ее мало волновала.
Да, бывает и так. Ведь каждый день она страдала совершенно по другому поводу. Точнее, жила в персональном аду. Любовница появилась у Андрея пять лет назад. Сначала Кристина думала, что это временное помутнение, что муж перебесится и все вернется на круги своя. Но время шло, а ничего не менялось.
«Любовь всей жизни супруга» звали Светлана. Кристина знала о ней всё: где работает, где живет, какой у неё голос по телефону. Потому что та не молчала, она звонила и требовала развода.
— Ты что, не понимаешь, что он меня любит? — кричала она в трубку. — Зачем ты в него вцепилась? У тебя гордости нет?
Кристина в первый раз просто молча послушала, а потом положила трубку. Руки тряслись, к горлу подступала тошнота. Она думала, что все это какая-то глупая шутка, но это было не так. Андрей умолял ее простить его, валялся в ногах и реально плакал. Она простила, но спустя время все началось снова. Теперь это была не жизнь, а сплошные встречи-расставания. Муж то угрюмо собирал вещи и уходил к любовнице, то спустя несколько дней возвращался, умоляя ее простить его. Рыдал, твердил, что бес попутал, потом снова уходил.
Мысли об этой ситуации разрушали ее. Вот и сейчас, собираясь на работу, она думала, что ее ждет. Раз Андрей ночевал у Светы, то… Будто бы в ответ на ее рассуждения телефон завибрировал. Сообщение от неизвестного номера:
«Он у меня. Отпусти его».
Кристина смотрела на экран и чувствовала, как внутри закипает знакомая злость. Светлана меняла номера каждые пару месяцев, когда она, устав от потока дер#&ьма, их блокировала. Всегда одно и то же: «Отпусти его», «Ты ему не нужна», «У вас давно ничего нет». Она ловила себя на том, что рассматривает женщин в толпе, выискивая в них ее. С утра, заваривая кофе, она думала не о муже, а о его пассии: зачем она все это терпит, что Андрей ей обещает, о чем врет. Это было безумием — соревноваться с любовницей за собственного мужа.
Андрей же за много лет уже перестал оправдываться, врать, что-то объяснять. Понял, что жена простит, поэтому, когда Кристина пыталась заговорить об этом, нагло возмущался:
— Что ты хочешь, чтобы я сделал? Я клянусь, у меня с ней все окончено. Я все понял, осознал, живу только с тобой, с сыном. Она просто истеричка, которая хочет мне отомстить.
Кристина верила? Нет, конечно. Ведь когда муж не приходил домой, его любовница присылала даже доказательства того, что Андрей с ней. Она ненавидела разлучницу до дрожи, изучая ее жизнь и проклиная. Но уже не думала о разводе, ведь развод бы означал, что Света добилась того, чего хотела.
Вечером Андрей вернулся домой, как ни в чем не бывало. Раньше она задавала вопросы, требовала ответы, но сейчас делала вид, что так и надо. Легла спать, но проснулась от резкой боли в животе. Схватило так, что она даже вскрикнула. Скрутилась в клубок, прижимая колени к груди. Боль пульсировала, отдавала в спину, в поясницу.
Она лежала, закусив губу, и ждала, пока боль отпустит. Минута, две, пять. Постепенно становилось легче. Выдохнула, расслабилась. В последнее время желудок болел всё чаще. Но Кристина отгоняла мысли о врачах. Некогда. Некогда ходить по больницам, сдавать анализы, стоять в очередях. Да и страшно. Вдруг найдут что-то? Она повернулась на бок и посмотрела на спящего мужа. Он даже не пошевелился, сладко спал, даже похрапывал. Счастливый…
В субботу Кристина поехала к двоюродной сестре в гости. Втайне она гордилась сестрой. У нее всё сложилось иначе: она ушла от мужа, когда поняла, что любовь кончилась. Не испугалась,что останется с двумя детьми одна, просто одним махом все разорвала. Сама она так не могла. Слишком сильно в ней ещё и сидело воспитание: «надо терпеть», «надо сохранять семью», «что люди скажут».
— Проходи, — Лена обняла сестру. — Дети, забирайте Егора в комнату. Ты чего такая кислая? Опять он?
— Опять, — Кристина сняла куртку и прошла на кухню. — Лен, я, кажется, с ума схожу.
— Давно сошла, — Лена поставила перед ней чашку и села напротив. — Рассказывай.
Кристина рассказала. Про сообщения, про ночные отлучки Андрея, про разговор с матерью. Про то, что вчера опять болел живот. Когда она дошла до боли, Лена нахмурилась.
— Как болит? Где именно?
— Здесь, — Кристина показала на область желудка. — Тупой такой болью. Ноет постоянно, а иногда прихватывает так, что хоть волком вой.
— Ты к врачу ходила?
— Нет, я же тебе рассказываю, Андрей опять не ночевал дома, а его Света…
— Кристина, — Лена посмотрела на неё серьёзно. — Ты дура, что ли? Ты своей Санта-Барбарой меня уже достала. Такое ощущение, что она твой соперник, а приз — Андрей. Что вы вцепились в него,как две голодные кошка около мусорки за шкурку от колбасы? Ты же помешалась на этой Свете. Худеешь,чтобы быть лучше ее, готовишь вкусняшки,чтобы быть лучше ее, чуть ли не пляшешь около этого кобеля. Тебе голову надо проверить, как и ей. Некогда здоровьем заняться? А если это серьёзно? Ты сдохнуть хочешь?
— Типун тебе на язык.
— Я серьёзно. Посмотри на себя, краше в гроб кладут. Подумай о Егоре. Кому он нужен будет, если с тобой что-то случится? Андрею? Или, когда он свою Светку приведет и начнет на вашей общей кровати с ней кувыркаться, она будет беречь твоего сынишку? Уроки с ним делать, на секции водить? В интернат сдадут или, если повезет, твоей маме сплавят.
Кристина почувствовала, как холодеет внутри. Она как-то не думала об этом в таком ключе. Всё время думала о том, что она не отдаст Свете Андрея. Думала о любовнице мужа, проклинала ее, изучала все про нее. Она сама, ребенок — это как-то уходило на второй план.
— Что мне делать, Лен? Как я его брошу? Надо было тогда, когда он начал изменять. Сейчас надо же добиться того,чтобы он остался со мной.
— Кукушку сначала полечи, — пожала плечами Лена. — Возьми отпуск и свали с сыном в санаторий. У меня, в конце концов, поживи, пройди обследование. Поменяй свой номер, подумай, что ты творишь с собой и своей жизнью.
— Андрей меня любит, он просто запутался.
— Слушай, неужели тебе для того, чтобы понять, что ты по уши в дерь₽#ме, надо в него полностью погрузиться? Ау, выплывай. Крис, послушай меня. Я уже через это прошла. Тоже боялась, тоже думала, что не справлюсь, но справилась. И ты справишься. Просто надо решиться.
Кристина молчала. В голове крутились мысли: страх, надежда, сомнения. А если не получится? А если она не потянет? Но больше всего сдерживало другое: она проиграет Свете.
— Давай так, — Лена заварила еще чай. — Ты просто подумай не о том, как там Андрей без тебя будет. Не о том, как счастлива будет его Света, когда он приедет к ней с вещами. А о том, кому нужен будет твой сын, если ты ласты склеишь. Серьезно так подумай, обстоятельно.
Кристина поздно вечером, уложив сына спать, сидела одна на кухне. Смотрела в окно и думала. Думала о том, что каждое утро просыпается с мыслью: «Зачем?». О том, что за пять лет разучилась улыбаться. О том, что сын перестал спрашивать, почему папа не играет с ним, потому что привык, что его никогда нет дома. Привык, так же как и она привыкла к тому, что Андрей периодически ночует у любовницы, а потом уже даже не считает нужным что-то ей врать. Как она привыкла к истерикам Светы, к бесконечным проклятиям и требованиям отпустить. Будто бы она кого-то держит.
«Подумай, кому твой сын нужен», — вспомнились слова Лены.
Следующие две недели Кристина жила как в тумане. Она ходила на работу, готовила еду, проверяла уроки у Егора, записалась к врачу, сдавала анализы. Но параллельно с этим искала варианты квартир. Вернуться к матери не вариант, сожрет с потрохами, мол, надо терпеть. Нет, натерпелась, хватит.
Когда нашла подходящую квартиру, внесла залог за первый и последний месяц, то получив ключи, расплакалась. Наверное, просто потому, что назад уже дороги не было. Лена приехала помочь с переездом. Вдвоём они собрали самое необходимое: одежду, документы, игрушки Егора, несколько коробок с посудой и книгами.
Уже выходя, она сказала:
— Ты просто не представляешь, как меня трясет. Не потому что я ухожу, а потому что я проиграла. Этим вечером Света будет валяться на моем диване, смотреть мой телек и мыться в моей ванной.
— Будет и что с этого? Поверь, если бы он хотел жить с ней, то жил. Прекрати засирать себе мозг выдуманными картинками.
День она посвятила разбору сумок и коробок. Вечером сын уснул быстро — сказалась дорога и впечатления. А Кристина долго сидела на кухне, глядя в окно на огни чужого района. Телефон зазвонил в одиннадцать. Андрей.
— Ты что, с ума сошла? Вы где?
— Мы разводимся, Андрей, — спокойно сказала она, внезапно осознав, что ей плевать на него. — Документы я подала сегодня.
— Какие документы?! Ты охренела? Да брошу я ее, брошу. Вернись,поговорим, пожалуйста, — голос сменился на виноватый, жалостливый. Сколько раз она слышала эти слова? Она отключила телефон и заблокировала номер. Потом открыла список контактов и заблокировала маму. Да, сейчас любимый зять позвонит ей, и та начнет трезвонить и кричать, что женщина должна терпеть.
Первый месяц был странный. Нет, она по-прежнему работала, занималась сыном, но постоянно крутила в голове картины о том, что сейчас делает муж и Света. Как он целует ее на кухне, как Света сидит на их балконе и пьет кофе, как завтракает в ее постели. От этих мыслей она сходила с ума, желудок болел все больше и больше.
Как-то поздно ночью, в очередной раз прокручивая все в голове, она взяла несколько бутылок с «напитком». И просто нажралась, как собака. Утром, с трудом дыша, она думала только об одном — как выжить. Но, как ни странно, этот способ подействовал, ей стало легче. Будто бы, обнимая той ночью унитаз, она выплеснула туда все.
Суд длился недолго. Кристина предоставила доказательства систематических измен, скриншоты сообщений от любовницы. Их развели, квартиру они продали и разделили деньги. Назначили алименты.
Прошло пять лет
После развода она не искала отношений. Работала, растила Егора, привыкала к новой жизни. Через два года встретила Дениса. Точнее, он работал в соседнем отделе, они часто сталкивались в столовой. Однажды предложил подвезти её до дома, потому что на улице шел ливень. Потом ещё раз. А потом пригласил в кино.
Кристина долго не решалась завязать отношения, но рискнула. Егор принял его сразу. Может, потому что Денис не пытался заменить отца, а просто стал другом. Они вместе играли в приставку, ходили на футбол, чинили велик. Потом родилась Алиса.
Про Андрея Кристина совершенно не думала. Только со злорадством иногда вспоминала, что женился он не на Светлане. Встретил спустя год после развода с ней кого-то, женился и уехал в другой город. Сейчас, спустя время, вспоминая себя, она не могла описать состояние, в котором находилась. Будто бы это была не она, а кто-то другой. Пять лет биться за недомужика, который врал жене и любовнице? Переживать, довести себя чуть ли не до больницы? Что с ней было? Помутнение? Ответа не было…
