В конце февраля, наконец, отступили морозы и снегопады. С каждым днём солнце поднималось всё выше и всё дольше стояло над крышами домов, ощутимее стало его тепло.
В воскресенье Алина проснулась с чувством необъяснимой радости, что должно случиться что-то хорошее, важное, давно ожидаемое. Она сладко потянулась и встала. После завтрака забросила бельё в стиральную машинку, убралась в квартире, приняла душ, а чувство радости не проходило.
Зазвонил телефон.
— Привет! Что делаешь? Не хочешь встретиться сегодня? – раздался в трубке голос подруги.
— Конечно хочу, — обрадовалась Алина. – Сто лет не виделись.
— Дела, работа… Между прочим, мы с Олегом снова вместе.
— Да ладно, — не поверила Алина.
— Он мне предложение сделал, колечко подарил. Приходи вечером в наше кафе. Хочешь, заеду за тобой? — предложила подруга.
— Не надо, у нас дороги не расчищены, застрять можешь. Я на такси доберусь.
— До вечера. – И подруга отключилась.
Отец подарил ей квартиру на двадцатипятилетие. Он предложил на выбор квартиру или машину. Алина подумала и остановилась на квартире.
— И правильно, — поддержала мама. – С машиной одна морока, не дай Бог в аварию попадёшь.
— Согласен. Ладно, выбирай варианты, — сказал отец.
И Алина выбрала однушку в новостройке, светлую, на тринадцатом этаже, с большой кухней и панорамными окнами на лоджии.
Вид из окна на огни города очень ей понравился. Квартира обошлась недорого, на сэкономленные деньги отец помог с внутренней отделкой и мебелью, и осенью Алина въехала в новую квартиру.
Летом Алине здесь очень понравилось. Из-за действующей стройки сюда ещё не пустили маршрутки, осенью приходилось добираться до остановки общественного транспорта по расхлябанной от грязи дороге, зимой совсем не чистили снег. И Алина пожалела, что не послушалась маму и не выбрала квартиру поближе к центру города.
«Ничего, скоро район застроится, пустят сюда маршрутки и будет хорошо», — успокаивала она себя.
В центре до позднего вечера полно людей на улицах, а тут с наступлением темноты жизнь замирала. Ещё не установили уличные фонари, на жилых домах включали прожекторы. Но на строившемся рядом доме прожектора не было. А дорога проходила как раз мимо него. Алина всегда старалась побыстрее пройти этот тёмный участок. Отец купил ей газовый баллончик, наказал, чтобы всегда носила его с собой.
Алина одевалась и думала о подруге, о её скором замужестве. А у неё пока не было парня. Как всем молодым девушкам, Алине тоже хотелось любви. Раньше они с подругой ходили в клубы и кафе, потом у Карины появился парень и ей стало не до Алины.
Работала Алина в центре города, приходилось тратить много времени на дорогу, на ожидание автобуса. А когда добиралась до дома, то уже пропадало всякое желание снова идти куда-то.
Учитывая радостное предчувствие, с которым Алина проснулась, звонок подруги и предложение встретиться в кафе, она решила, что сегодня должна выглядеть отлично, чтобы во всеоружии встретить перемены, которые произойдут в её жизни. Она надела новую юбку, которая тонкой полоской выглядывала из-под полушубка, и сапожки на каблуках. Попыталась вызвать такси, но никто не хотел терять деньги и время, ехать в район новостроек на окраине города.
Пожалев, что отказалась от предложения подруги заехать за ней, Алина пошла пешком до остановки общественного транспорта.
К вечеру температура воздуха снова понизилась, в тонких колготах и без шапки было холодно. Да ещё каблуки то и дело проваливались в снег. Но возвращаться и переодеваться было лень. Вот и тёмный участок дороги. Алина старалась не смотреть на зияющие провалы квадратов будущих окон и дверей строившегося дома. Казалось, что оттуда кто-то следит за ней, страшный и опасный.
— Девушка, не подскажите, где четвёртый дом?
От звука мужского голоса за своей спиной Алина вздрогнула и ускорила шаг.
— Девушка, не бойтесь, я совсем запутался тут.
Алина всё же остановилась и обернулась. К ней подходил высокий парень во всём чёрном и с капюшоном на голове. Сердце тревожно забилось в груди.
— Стойте! Не подходите ближе, — выкрикнула она срывающимся от страха голосом.
Парень сделал ещё несколько шагов и остановился. Алина сунула руку в сумочку и только тут вспомнила, что оставила газовый баллончик в другой сумке, с которой ходила на работу.
— Не страшно ходить одной по вечерам? – спросил незнакомец.
Наверное, он задал вопрос без какого-то злого умысла, но Алине в его словах почудилась угроза. «Откуда он решил, что я красивая? Темно ведь, – подумала она. — Убежать на каблуках не получится…»
— Четвёртый дом находится с другой стороны стройки, — дрогнувшим голосом сказала она, пожалев, что не надела джинсы и удобные ботинки, удобнее было бы убегать.
И тут из-за стройки вышла шумная компания. Парни громко разговаривали и смеялись.
— Опа! Смотрите, какая краля! Девушка, пойдёмте с нами, мы вас проводим… – парни дружно заржали, уточняя свои намерения, куда они её проводят и как ей будет хорошо с ними.
Алина сделала шаг к незнакомцу, который казался ей менее опасным, чем группа развязных парней.
Тот выступил вперёд, загородив Алину собой.
— Ребята, идите куда шли, это моя девушка, — вдруг сказал он.
— Ты кто такой? Сам иди отсюда… — вожак грудью попёр на него, а в следующее мгновение он уже барахтался в снегу, изрыгая проклятия и грозя расправой своему обидчику.
Остальные хулиганы от неожиданности замерли на месте, а потом кинулись на парня, завязалась драка. Алина воспользовалась моментом и побежала. Она добежала до конца строившегося дома и спряталась за угол. Сердце бешено стучало в груди. Она стояла ни жива ни мертва, слушая крики и звуки ударов.
— Ты чё сделал, урод?! – вдруг раздался визгливый крик.
— А девка где? Она нас видела, сдаст… — крикнул другой.
— Не ссы, тут темно, как в…
— Валим!..
Послышался топот, и отморозки убежали. Алина постояла ещё немного и вышла из своего укрытия. Не смотря на темноту, она увидела, что на месте драки кто-то лежит на снегу. Первым её желанием было тоже убежать. Борясь со страхом, Алина подошла ближе. Парень не двигался.
— Эй, вы живы? – спросила она, наклонясь над ним.
Под каблуком скрипнул снег, а ей показалось, что он застонал или вздохнул. Алина на всякий случай отошла на несколько шагов, достала телефон и позвонила в «скорую», сумбурно объяснила, что произошло, где она находится.
— Пожалуйста, приезжайте скорее, он не двигается… Мне страшно, — со слезами в голосе попросила она.
— Ждите, — ответил ей бесстрастный женский голос и связь оборвалась.
Алина огляделась. Очень хотелось убежать туда, где огни, где есть люди. А если машина скорой помощи в темноте проедет мимо? И девушка заставила себя остаться. Её трясло, то ли от страха, то ли от холода, то ли от пережитого. Она прислушивалась, готовая в любой момент бежать или спрятаться на стройке. Теперь ей казалось, что там безопаснее, чем на улице.
Наконец, она увидела мигающий свет проблесковых маячков. Алина вышла на середину дороги и замахала руками.
— Я здесь! Сюда!
Свет фар ослепил её, осветил скорчившегося на обочине парня. Рядом с ним на снегу было красное пячтно.
Парня положили на носилки и погрузили в машину.
— Что с ним? – спросила она врача.
— Ножевое ранение, крови потерял много. Скажите ваш номер, я запишу на всякий случай. Мы должны сообщить в полицию, возможно, они захотят связаться с вами…
«Скорая» уехала, а Алина снова осталась одна. Никуда идти уже не хотелось, она обошла тёмное пятно на снегу и пошла домой.
Весь вечер она думала о незнакомце. Благодаря ему, она жива и находится дома, в безопасности. Даже думать не хотелось, чем бы всё о закончилось, если бы не он.
На следующий день она стала обзванивать больницы и узнавать, не поступал ли к ним парень с ножевым ранением.
— Да, поступал, — сказали ей в четвёртой по счёту больнице.
— Он жив?
— А вы ему кто?
— Никто, — призналась Алина.
— Мы даём сведения о пациентах только родственникам.
Понедельник был выходным в честь праздника, и Алина поехала в больницу. Её не пустили, парень находился в реанимации после операции. Но зато она узнала, что он жив и зовут его Арсений Бойко.
Во вторник Алина отпросилась в обеденный перерыв с работы и снова поехала в больницу. Наврала, что она невеста, её пропустили в отделение.
Алина мельком видела лицо своего защитника при свете фар, поэтому боялась, что не узнает его. В палате кроме него лежали дед и мужчина средних лет. Она подошла к койке, на которой лежал парень. К его руке тянулась трубка от штатива с капельницей. Он показался ей гораздо красивее, чем при свете фар скорой помощи, и совсем не страшным.
— Спит? — тихо спросил старик.
В этот момент Арсений открыл глаза.
— Привет. Ты спас меня, помнишь? Мне жаль, что так получилось. Я пришла поблагодарить тебя…
— Помню. – Арсений улыбнулся. — Ты на свидание-то успела?
— На какое свидание? – не поняла Алина.
— Ты была такая нарядная, я подумал, что ты идёшь на свидание.
— Мы должны были встретится с подругой в кафе. Когда тебя увезла «скорая», я никуда не пошла, вернулась домой. Сначала я приняла тебя за бандита, когда ты окликнул меня. — Алина потупила взгляд.
Парень хмыкнул и тут же поморщился от боли.
— Я не бандит, просто хотел познакомиться с тобой. Видел тебя несколько раз. Извини, что напугал тебя.
— Зачем тогда сказал, что дом ищешь?
— Не знаю. Надо же было с чего-то начать. Как тебя зовут?
— Алина. Мне нужно идти. Поправляйся.
— Ты придёшь ещё?
Тут в палату вошла женщина, и Алина поняла, что это мама Арсения.
— Это из-за тебя его порезали? — спросила она. Алина сжалась. — Спасибо, что не бросила сына, скорую вызвала.
Алина кивнула и вышла из палаты.
— Ты вся светишься, — сказала одна из женщин на работе, когда Алина вернулась из больницы. — Уж не влюбилась ли?
Алина лишь улыбнулась и пожала плечами. Она вообще теперь часто улыбалась, просто так, без всякой причины.
Когда она приехала к Арсению в следующий раз, он выглядел гораздо лучше, а вскоре начал ходить.
Больше они с Арсением не расставались…
Так и просится закончить историю словами: «И жили они долго и счастливо…» Хочется верить, что так и будет. Предчувствие ведь не обманывает…
Всем мира и добра!
«Не торопись наслаждаться. Помучай себя предчувствием. Быть может, оно окажется самым приятным. В предчувствии не бывает разочарований, так что насладись сполна»
Евгений Рудашевский
«Можно подолгу томиться ожиданиями и предчувствиями на фоне размеренно текущей жизни – до тех пор, пока не появится кто-то и сформулирует вслух то, что тебе лишь смутно мерещилось. И тогда всё сразу случится: предчувствия сбудутся, ожидания оправдаются. Иногда сказать вслух – всё равно что прочитать заклинание, правда?»
Макс Фрай
